РОССИЯ ОБНИЩАЕТ БЕЗ «ЧУЖИХ»

Источник: Росбалт

В России с новой силой заговорили о проблеме трудовых иммигрантов. Этому способствовали и появившиеся недавно предложения увеличить число мечетей в Москве, и недавнее бурное празднование Курбан-Байрама с массовым убоем баранов на центральных улицах крупных российских городов, и намерение нового мэра Москвы Сергея Собянина «очистить» столицу от нелегальных мигрантов, и инцидент в подмосковном Хотьково.

Негативное отношение к иммигрантам, особенно из мусульманских стран, – не специфически российская проблема. Настороженное отношение к «другим» вообще заложено в природе человека, так что некоторый «естественный» уровень ксенофобии есть в любом обществе. Но его значительно повышает неспособность гостей адаптироваться к местным порядкам. «Увеличение численности трудовых иммигрантов сопряжено с трудностями их интеграции в общество, нежеланием учить русский язык и следовать принятым здесь нормам, возникновением анклавов приезжих, ростом социальной напряженности и риском межэтнических конфликтов», – перечисляет замдиректора Центра трудовых отношений Высшей школы экономики (ВШЭ) Ростислав Капелюшников.

С этим трудно не согласиться. Но когда к доводам против увеличения иммиграции добавляют аргумент, что гастарбайтеры отбирают работу у россиян и тем самым снижают общий уровень жизни в стране – это либо намеренная ложь, либо чистосердечное заблуждение. И вот почему.

Согласно большинству прогнозов, к 2020 году численность экономически активного населения России сократится более чем на 10 млн человек (в октябре 2010 года – 75,6 млн). Такая ситуация вызвана демографической катастрофой 1990-х. В течение 15 лет в стране ежегодно умирали более 2 млн человек, что в расчете на 1000 человек в 2 раза больше, чем в Европе и США. По некоторым прогнозам, уже к 2015 году население России со 141,9 млн человек 1 января 2010 года может сократиться до 136 млн, а к 2025 году – до 124,9 млн.

Противники трудовой иммиграции часто говорят, что проблему нехватки рабочих рук могло бы решить увеличением рождаемости. Но эффект будет достигнут лишь через поколение, когда новорожденные достигнут трудоспособного возраста. В ближайшее же десятилетие, темпы роста подушевого ВВП, наоборот, будут замедляться, подчеркивает президент Центра стратегических разработок (ЦСР) Михаил Дмитриев. Это вызвано тем, что из-за необходимости ухода за детьми с рынка труда могут выбыть до 7 млн наиболее производительных молодых работников (более 10% от общей численности занятых). При этом социальная нагрузка на продолжающих работать еще больше возрастет, так как увеличатся их расходы на образование и медицинское обслуживание растущего числа детей и их родителей, а также на содержание пенсионеров и формирование собственных накопительных пенсий.

По мнению заведующего кафедрой труда и социальной политики Российской академии государственной службы при президенте РФ Николая Волгина, прежде чем увеличивать число трудовых иммигрантов, России необходимо сократить безработицу внутри страны до естественного уровня — около 1,5-2%.

Однако, во-первых, в октябре 2010 года безработица, по данным Росстата, равнялась 5,1 млн человек, а сокращение трудоспособного населения, как уже говорилось, за 10 лет составит около 10 млн, то есть даже нулевая безработица лишь наполовину покроет естественную убыль трудоспособного населения. Во-вторых, уровень безработицы и сейчас не такой уж высокий. Если в сентябре текущего года в РФ безработными были 6,6% экономически активного населения, то в Великобритании, например, 7,7%, в Канаде – 8,0%, в Италии – 8,3%, в США – 9,6%, во Франции – 10,0%. А в-третьих, половина всех безработных в России приходится лишь на 19 регионов. Переезд такого числа людей в регионы с дефицитом рабочей силы в РФ ни административно, ни экономически не осуществим. По прогнозу Центра экономических и финансовых разработок, межрегиональная миграция в России усилится после 2015 года, но и в этом случае она вырастет с нынешних менее 1% до более чем 3% в 2020-м.

Кроме того, как известно, гастарбайтеры довольствуются низкими зарплатами. «Если бизнес не соглашается платить отечественным работникам нормальные зарплаты, а предпочитает приглашать из-за рубежа дешевую рабочую силу, надо инициировать переговорный процесс с такими предпринимателями, – считает Николай Волгин. – Не будут идти на уступки – можно и заставить сократить число иностранных рабочих. Если главная цель развития страны – повышение уровня жизни ее граждан, то для ее достижения любые средства хороши».

Идея поддержать собственных, а не иностранных граждан благородна. Но следует учесть, что выросшие из-за повышения зарплат работников издержки работодатели включат в цену своих товаров и услуг, и в конечном счете за все заплатят потребители, то есть преимущественно те же россияне. Учитывая, что большая часть гастарбайтеров трудится в розничной торговле и строительстве, можно ожидать существенного повышения цен на недвижимость и роста общей потребительской инфляции.

«Совершенно очевидно, что без приглашения иностранной рабочей силы никакими мерами внутри страны сокращение населения трудоспособного возраста не преодолеть, – подтверждает руководитель Центра социальной демографии Института социально-политических исследований РАН Леонид Рыбаковский. – До 2025 года нам надо принять более 5 млн иностранных рабочих, или по 300-400 тысяч человек каждый год».

Демографическая яма, в которую попала Россия, настолько глубока, что справиться с ней даже за счет привлечения трудовых иммигрантов не удастся. «Демографический кризис преодолим для реализации оптимистического сценария развития России только за счет одновременного принятия мер в области демографической, миграционной и социальной политики и эффективном использовании человеческого потенциала», — отмечает Михаил Дмитриев из ЦСР. Например, снижение смертности населения в трудоспособном возрасте на 20% к 2020 году может увеличить численность трудоспособного населения примерно на 1,2 млн человек, а снижение смертности на 40% — примерно на 2,3 млн, подсчитали в центре. Вместе с иммигрантами это составит около 5 млн человек, а с учетом возможного отвлечения работников с рынка труда в связи с ростом рождаемости – еще меньше.

Следовательно, остальной ресурс для компенсации сокращения трудоспособного населения следует искать в более эффективном использовании человеческого потенциала, в том числе – повышении производительности труда, продолжает Дмитриев. «Россия находится среди 10% стран с наименьшим вкладом человеческого капитала в создание общественного богатства, хотя по показателю образовательной компоненты Индекса развития человеческого потенциала она входит 15% стран-лидеров», – приводит пример экономист. По его оценке, повышение вклада человеческого капитала в ВВП до уровня среднеразвитых стран при прочих равных условиях увеличило бы среднегодовые темпы экономического роста до 2020 года примерно на 3 процентных пункта.

Повысить производительность труда можно было бы за счет повышения эффективности бюджетной сферы, значительная часть рабочих мест в которой – «низкого качества с невысокой производительностью и низкой зарплатой», сетует Дмитриев. России следовало бы перераспределить часть трудовых ресурсов на рабочие места более высокого качества, создаваемые в эффективных секторах экономики.

Существенно увеличить численность экономически активного населения могло бы повышение занятости инвалидов, указывает Михаил Дмитриев. В России сейчас работают менее 15% инвалидов. Для сравнения, в Швейцарии и Норвегии – более 60%, в Канаде и Швеции – более 50%, в США, Германии, Франции, Южной Корее и даже Мексике – более 40%. Повышение этого показателя в России до среднего уровня стран ОЭСР означало бы увеличение численности экономически активного населения на 3,6 млн человек, подсчитали в ЦСР.

За счет повышения эффективности реализации человеческого потенциала, включающего внутреннюю миграцию, создание новых рабочих мест в эффективных отраслях и другие меры, до 2020 года можно было бы обеспечить работой около 8 млн человек. «Следовательно, вкупе с внешней миграцией и сокращением смертности это могло бы компенсировать ожидаемое уменьшение экономически активного населения под влиянием демографических факторов», – резюмирует Михаил Дмитриев.

Стоит еще раз подчеркнуть, что при любых сценариях отказаться от привлечения иностранной рабочей силы невозможно. Попытка обойтись своими силами приведет с экономической точки зрения если не к катастрофе, то к многолетней стагнации. Директор Независимого института социальной политики (НИСП) Татьяна Малева считает возможным такой сценарий. «Политические движения вроде «Наших» способны раскачать лодку и привести страну к межнациональной резне», – опасается она. Уже сейчас привлекательность России как рынка труда стабильно падает, констатирует глава института. «В значительной степени заблуждением является представление, что это мы выбираем, кого, в каком количестве приглашать, и сколько им платить. Все чаще нас выбирают или, скорее, не выбирают», – поясняет она.

Россия уже проиграла другим странам борьбу за качественных мигрантов, например, из Украины и Молдовы. «Еще лет 10 назад рабочих из этих стран было гораздо больше, чем из Средней Азии, а качество их человеческого капитала при этом – гораздо выше. Теперь они едут в основном в Европу. И даже выходцы из Средней Азии все чаще предпочитают российскому рынку труда казахстанский рынок», – сетует Малева.

Если трудовые иммигранты полностью потеряют интерес к России, страна рискует «скукожиться» как демографическая держава, предупреждает Малева. «Если население России снизится до 100 млн человек, это будет страна с совсем другим весом, возникнут экономические, геополитические риски, – объясняет она. – Уже сейчас мы с трудом обслуживаем столь огромную территорию, а когда население будет в полтора раза меньше, это будет практически невозможно, некому и незачем будет строить дороги. Уже сейчас территория России с точки зрения плотности населения представляет собой сыр с дырками, а в будущем мы можем стать одной большой дыркой с небольшими вкраплениями сыра».

По словам эксперта, большинство попыток поставить миграцию под контроль в мире проваливаются. «Если мы запретим официальную миграцию, мы резко увеличим размер теневого сектора рабочей силы, хотя уже сейчас неформальный рынок труда в России оценивается в 12 млн человек, то есть равен всему рынку труда Австралии. Другой вариант – наглухо закрыть границы страны, многократно увеличив бюджеты Минобороны и Пограничной службы», – указывает директор НИСП.

Очевидно, что проблемы с поведением иммигрантов в России есть. Но тот, кто предлагает полный запрет на въезд в страну гастарбайтеров, подталкивает Россию к бедности и нестабильности. Экономика не терпит простых решений.

Евгений Новиков