ХЕЗБОЛЛА. ЧАСТЬ 2

Антисионизм, исламизм, прагматизм, структура партии и глобализация

Часть I

Антисионизм партии.

Длительная оккупация Израилем ливанских территорий способствовала легитимации Хезболла, как партизанского Сопротивления. Израиль или «Сионистское образование» (аль-Кайан ас-Сухьюни), как он фигурирует в политической риторике Хезболла, занял особое место в идеологии партии в качестве основного врага ислама и исламской уммы. Освобождение Палестины и мусульманских святынь становится приоритетным направлением партии.

Хезболла появилась на политической арене Ближнего Востока с определенной и ясной целью – уничтожить сионистское государство. Генеральный секретарь партии Хасан Насралла говорит: «Мы и другие мусульмане обеспечим то, чтобы предотвратить нормализацию отношений с Израилем, начиная с Ливана»[1]. Он так же говорит: «Иерусалим – это земля Аллаха, он составляет часть культурного исламского ореола, не является предметом для переговоров или компромисса»[2].

Вполне очевидно, что существование еврейского государства противоречит проекту создания исламского общества. Шейх Мухаммад Язбек описывает видение данной проблемы имамом Хомейни следующим образом: «То, что объединяет и сплачивает мусульман, - это проблема освобождения Палестины, потому что те, кто торговался за Палестину, и был сделан выбор оккупации Палестины израильтянами и становления израильского очага, то это было сделано для разделения мусульман и столкновения их между собой и для того, чтобы отвлечь эти страны, т.е. арабские и мусульманские. Имам видел эти опасности, которые не сплачивают умму воедино, кроме как возвращением Палестины своему народу, арабам и мусульманам, и становлением Палестинского государства в Палестине, в котором бы жили мусульмане, христиане, иудеи, как в Ливане или во всем мире»[3].

«Исламский порядок» в понимании руководства Хезболла не означает провозглашение войны против «неверных», как он понимается радикальными направлениями политического ислама, но представляет собой идею доминирования исламской культуры в обществе и противостояние процессам вестернизации. Положение христианских и иудейских общин в предполагаемом обществе было бы положением «людей Писания».

Антисионизм в идеологии Хезболла занимает определенно приоритетное, даже витальное, положение в идеологическом обосновании существования партии. Хезболла призвала как мусульман, так и христиан к празднованию «Интернационального дня Иерусалима», который стал отмечаться в последнюю пятницу месяца рамадан согласно фетве, изданной имамом Хомейни в 1979 году. Данное мероприятие призвано поддерживать проблему статуса Иерусалима и его оккупации на общеисламском уровне. Данное мероприятие отмечается не только Хезболла и ее сторонниками, но также палестинскими организациями, рядом исламских организаций и простыми мусульманами во многих регионах исламского мира.

«Исламское течение».

Сейид Хасан Насралла определил понятие «Исламского течения» следующим образом: «Исламское течение – это ряд исламских организаций, сторонников и симпатизирующих, которые разделяют с нами общие позиции в рамках сопротивления, освобождения земли и защиты уммы от сионистских проектов»[4].

Исламское течение представляет собой сеть исламских партий и движений, таких как Исламский Джихад и ХАМАС в Палестине и Исламский Джамаат в Ливане. Так же в данную сеть входят Объединение Мусульманского Духовенства (Таджамму’ аль-‘Улама аль-Муслимин), представляющее коалицию суннитских и шиитских улемов, и Ливанские Бригады Сопротивления (Сарайа аль-Мукауама аль-Любнанийа), организацию включающую в себя как мусульман, так и не мусульман.

С помощью данной структуры Хезболла сохраняет свой шиитский идеологический базис, налаживая свои контакты и координируя действия с нешиитскими организациями, представляющими собой исламское и антисионистское направление. Данная структура позволяет усилить антисионистский компонент в региональной политике, связывая движения и партии, преследующие общие цели.

Политический прагматизм партии.

Реалии многоконфессионального уклада Ливана оказали свое воздействие на процесс вовлечения Хезболла в общественно-политическую жизнь страны, модифицировав политическую риторику партии. Безусловно, антисионизм, как основной идеологический столп партии, продолжает занимать основное место в политической риторике, наряду с антимериканизмом[5].

Политические реалии Ливана потребовали от Хезболла определить приоритеты своей деятельности, дабы закрепить и легитимировать свое существование в ливанском многоконфессиональном обществе. Хезболла в качестве приоритета выдвинула на первый план защиту от внешней угрозы, т.е. угрозы со стороны Израиля. Хезболла не отрицает своих особых связей и отношений с Исламской Республикой Иран, однако в ливанском политическом дискурсе руководители партии регулярно указывают на ливанский характер партии. Подобный «ливанский национализм» позволяет сохранять мобилизационные способности в условиях постоянной угрозы со стороны Израиля, обезопасить свой тыл в стране.

Шейх М. Язбек говорит: «Специфика Ливана и его прикраса в многообразии конфессий, мазхабов, идеологий, партий, восприятий мира. Во всем этом прикраса Ливана. Никто не может запретить существование другого. Никто не может придти и провозгласить ни маронитскую республику, ни исламскую республику или какую-либо другую в таком духе. Ливанское государство – это государство на основе договора между самими ливанцами. Хотят они того или нет. Им нужно договорится между собой… Поэтому мы говорим: пусть другие страны уберут свои руки от Ливана. Тогда Ливан снова станет единой страной. Эта ситуация похожа на ситуацию в Ираке сегодня. Пусть оккупант оставит Ирак, тогда иракцы смогут договориться между собой»[6]. Шейх, занимающий должность юридического представителя вали аль-факих в Ливане, делает попытку продемонстрировать «ливанский характер» Хезболла, хорошо осознавая, что это дает возможность выстоять сложный период конфронтации с рядом политических сил, особенно после освобождения юга Ливана от израильской оккупации. Прагматизм партии расширил политическую маневренность партии, позволив ей заключить союз с «ливанским националистом» Мишель Аун, который стоит на началах независимости и суверенитета Ливана.

Ненавязчивое сопоставление ситуации в Ливане с ситуацией в Ираке все же дает возможность делать определенные выводы. Естественно, шейх Язбек указывает на вмешательство США в Ираке и в ситуацию в Ливане. Это одна сторона вопроса, которая указывает на наличие внешних сил, представляющих постоянную угрозу, навязывая свою политику и провоцируя эскалацию напряженности в регионе для реализации определенных целей и установления «американского порядка». Другая сторона вопроса состоит в смене политической тактики и риторики Хезболла для достижения своих целей. На данной стадии это выражается в занятии позиции принятия и использования национального государства для закрепления и укрепления собственных позиций. В условиях демографического превосходства шиитской общины и в Ливане, и в Ираке, цель в виде закрепления позиций на территории может быть выполнена. Причем, данный процесс сопровождается новым этапом в развитии структуры шиитской общины – активным участием в политике. Вооруженное сопротивление, как гарант своей безопасности и мобильности, сохраняется. «И не Америка может освободить Ирак. Ирак может освободить только его народ. Это наше представление. И до сих пор мы говорим, что нет избавления иракскому народу, кроме как путем объединения. Мы поддерживаем любое Сопротивление в Ираке, будь то шииты или сунниты, будь то Муктада ас-Садр или кто-либо другой, любое Сопротивление, выступающее против американцев»[7] - развивает свою точку зрения шейх.

Вывод сирийских войск из Ливана ускорил процесс политизации Хезболла, что поставило партию перед новыми вызовами, на которые она вынуждена была реагировать. В период сирийского присутствия партия была скована в действиях в том, что касается отношений с представителями других конфессий. Политического опыта было недостаточно, чтобы одержать победу, или хотя бы гарантировать формирование нейтрального правительства в 2005 году, т.к. союзников из представителей других конфессий, кроме «марионеточных», доставшихся по наследству от Сирии в районах своего подавляющего доминирования, партия не смогла обеспечить.

Все же определенный прорыв, позволивший сформировать влиятельную оппозицию, был сделан - прагматичный союз с генералом Мишель Аун, заключенный в феврале 2006 года. «Националистическая» ливанская риторика способствовала сближению партии и генерала М, Аун, который до ливанского кризиса 2005 года занимал четкие антисирийские позиции, также негативно воспринимая Хезболла, как шиитскую конфессиональную милитаризованную организацию. Однако союз оформился уже в начале 2006 года и закрепился после июльской войны.

Перейдя на «националистическую» риторику, Хезболла остается составной частью шиитского направления политического ислама. После вывода сирийских войск основной задачей партии было закрепиться и не отвечать на провокации, целью которых может оказаться провоцирование внутреннего вооруженного конфликта. Вероятность подобного развития сюжета может означать только провал руководства и «проекта» Хезболла в целом.

В этой связи, израильскую войну против Хезболла в 2006 году можно расценить как провальную, т.к. Хезболла смогла выстоять, закрепившись на своей территории. Характерна в данном случае реакция сейида Хасана Насралла на события в Нахр аль-Баред, связанные с боевыми действиями армии против членов радикальной организации ФАТХ аль-Ислам: «Политика на севере может быть решена политическими и правовыми методами, такими, которые защитят ливанскую армию, наших палестинских братьев, государство, мир и стабильность и не превратят Ливан в поле боя, на котором мы будем воевать с "Аль-Кайедой" от имени американцев»[8]. Данная формулировка свидетельствует о том, что Насралла воспринял события в Нах аль-Баред как заговор против Хезболла с целью создать условия для втягивания партии в вооруженный конфликт в самом Ливане.

Общее описание структуры партии.

Хезболла при финансовой поддержке Ирана смогла создать структуру, которую часто ливанские критики называют «государством в государстве». Данная система не является «ноу-хау» партии или иранских протеже, т.к. система самодостаточности и самообеспечения была еще присуща монастырям в средневековой Европе. Новым является применение данной идеи в современных реалиях, т.к. создается корпоративная структура, основанная на определенных идеологических принципах, в рамках государства, не имеющего фактического влияния на жизнедеятельность структуры. Разные источники финансирования – пожертвования, участие в бизнесе и, конечно же, поддержка Ирана – обеспечивают экономическую мобильность партии, чьи денежные средства содержатся в основном в банке Садерат Иран или в других банках на имена подставных лиц, что препятствует США заморозить их средства.

Партия представляет собой огромную корпорацию, чьи активы принадлежат всей партии, а не отдельным лицам. В руководстве партии стоит совет Шуры, состоящий из семи членов (6 улемов, 1 – гражданский). Члены совета избираются центральным советом. В распоряжении партии имеется политбюро, юридический совет, совет по делам парламента, исполнительный совет, совет по джихаду. У партии собственные специальные службы, обеспечивающие безопасность в кварталах и населенных пунктах шиитской общины, так же есть собственный совет безопасности. Основной ударной военной силой является Исламское Сопротивление, которым руководит лично генеральный секретарь. Исполнительный совет имеет разные отделы, отвечающие за разные аспекты деятельности партии: социальный отдел, отдел по здравоохранению, по информации, по печати, по финансам, по внешним связям, по координации. Партия владеет строительной компанией Организация Строительного Джихада (Му’ассасат Джихад аль-Бина’), занимающейся строительством, электрификацией и обеспечением питьевой водой. Партия создала организации и фонды, занимающиеся вопросами, связанными с семьями шахидов (погибших на войне), с инвалидами, раненными и др.

Основными составляющими практического функционирования партии являются больницы и поликлиники, предоставляющие бесплатную медицинскую помощь своим членам и дешевое обслуживание всем категориям граждан, не только шиитам, предоставляя недорогие медикаменты и лекарства. В условиях отсутствия в Ливане бесплатного государственного медицинского обслуживания, больницы и поликлиники, принадлежащие партии, пользуются широким спросом.

Образование занимает особое место в системе партийной деятельности. Помимо специализированных религиозных учебных заведений, партия содержит общеобразовательные школы аль-Махди и аль-Мустафа, техникумы и ВУЗы, такие как Технический институт им. Великого Пророка, Технический институт им.сейида Аббас аль-Мусауи, Институт им. сейидат аз-Захра’, институт им. Сейида Рагиб Харб и Исламский институт по шариату. Для примера можно сравнить государственные расходы и расходы партии на образовательные программы в 2000-2001 году: Хезболла потратила $ 3 569 408, в то время как расходы государства на эту сферу составили $ 541 739[9].

Особое место партия уделяет информационной пропаганде. Она является владельцем 1 телевизионного канала (аль-Манар), четырех радиостанций, пяти печатных изданий. Безусловно, особую роль в формировании образа Хезболла сыграл телеканал аль-Манар, который стал «официальным лицом» партии, демонстрируя ее достижения, в частности в области вооруженной борьбы с Израилем. Телеканал аль-Манар сыграл большую роль в разрушении образа «грозного и непобедимого Голиафа» в образе израильской армии. Телеканал стал рекламой Хезболла во всем арабском мире, находящимся в состоянии «упадка духа» после поражений в арабо-израильских войнах, краха идей панарабизма.

Влияние глобализационных процессов.

Было бы неверно утверждать, что политика партии ограничена Ливаном и соседством с Израилем. Во время 33-х дневной войны сейид Хасан Насралла в своем выступлении заявил о том, что война против Израиля – это «война всей уммы», выйдя за национальные рамки понимания конфликта. В своей речи, посвященной «Божественной победе», Насралла говорит: «В Ливане настоящий кризис, особенно после войны. Существует жесткий национальный раскол, а не конфессиональный. Проблема – не конфликт между суннитами и шиитами, или между мусульманами и христианами, или друзами и суннитами и шиитами и христианами. Абсолютно нет! Это национальный политический раскол. Существуют большие политические и стратегические варианты, на основе которых могут договориться шиитские, суннитские, друзские, христианские политические силы...»[10]. В своей речи генсек затрагивает вопросы американской политики в регионе и политики ряда арабских стран, способствующих усилению американских позиций в регионе. В этой же речи он называет президента Венесуэлы «великим арабом», выходя на глобальный уровень поиска союзников.

Концепция объединения угнетенных (мустазафин), выдвинутая имамом Хомейни, получила новый стимул. Раскол наблюдается не только в ливанском обществе, но и в мире в целом. Насралла указывает на то, что есть определенная группа шиитов, которая поддерживает враждебную партии коалицию 14 марта, тем самым, стараясь вывести проблемный узел на уровень уже не конфессиональный, а международный. Вполне вероятно, что концепция угнетенных и идея борьбы с американским мировым диктатом, переходит в новую фазу. Наблюдается рост кооперации между Хезболла и палестинскими организациями ХАМАС и Исламским Джихадом.

Шейх М. Язбек говорит: «Мы ни в коем случае не можем отделять себя от палестинского народа или любого другого арабского или мусульманского народа. Особенно, если есть проблема, в которой они правы…. Нам составляет честь поддерживать палестинский народ. Не думаю, что есть араб и мусульманин, который переживает свою арабскую и исламскую принадлежность, и не переживает палестинскую проблему. В ином случае ему придется искать свою историю в другом месте. Это однозначно.»[11].

«Партия Аллаха» все больше и больше начинает в своей риторике затрагивать проблемы регионального и международного характера. Если критика США и Израиля являются традиционными столпами идеологической риторики партии, то все большее обращение к региональным и международным силам и процессам может быть свидетельством глобализационных процессов с одной стороны, и осознанием данных процессов с попыткой найти себе нишу в международном соотношении сил руководством Хезболла – с другой стороны. Прямое обращение генерального секретаря Хасана Насралла в своих выступлениях к лидерам арабских и европейских стран, а также Латинской Америки, свидетельствует о попытке вывода своих идей на международный уровень в рамках противостояния однополярному миру в лице США.

В своем выступлении 22 сентября 2006 года Насралла говорит, обращаясь к ливанцам: «Ваши стойкость и сопротивление разоблачили Америку и повысили уровень сознания и враждебности (сознание прежде враждебности) не только в арабском мире, не только в исламском мире, но и во всем мире. Благодаря вашей стойкости и вашему сопротивлению человек, которого я могу назвать великим великим великим арабом, как Чавес, получил возможность произнести то, что произнес недавно в ООН: Ливанское Сопротивление сегодня вдохновляет всех революционеров мира, и всех свободных мира сего, и всех честных мира сего, и всех отказывающихся подчинению и унижению перед Америкой в мире »[12].

Попытка выйти из узкоконфессиональных рамок на уровень международной кооперации тесно связан с двумя факторами:

- арабо-израильским конфликтом и его региональным и мировым значением.

- глобализационными процессами и поиском альтернативы однополярному миру.

Первый фактор способствует тому, что Хезболла получает поддержку тех сил в арабском и исламском мире, которые не приемлют подписание мира с Израилем. Второй фактор, при теснейшем союзе США и Израиля, создает предпосылку для сближения позиций антиизраильской части исламского мира с антиамерикански настроенными международными силами, призывающими к становлению многополяного мира. Если учесть, что арабские государства, готовые к подписанию мира и урегулированию палестинского вопроса на основе провозглашения арабского палестинского государства, являются стратегическими союзниками США, то сближение антиамериканских и антиизраильских сил представляется вполне логичным процессом.


[1] Ahmad Nizar Hamze, In the Path of Hezbullah, NY 2004, p 41

[2] Ahmad Nizar Hamze, In the Path of Hezbullah, NY 2004, p 40

[3] Собственное интервью с шейхом М. Язбеком, 17 апреля 2007

[4] Ahmad Nizar Hamze, In the Path of Hezbullah, NY 2004, p 41

[5] Р. Хомейни называл США «Большим Сатаной», а Израиль – «Малым Сатаной».

[6] Собственное интервью с шейхом М. Язбеком, 17 апреля 2007

[7] Собственное интервью с шейхом М. Язбеком, 17 апреля 2007

[8] Информационный ресурс http://top.rbc.ru/index5.shtml

[9] Ahmad Nizar Hamze, In the Path of Hezbullah, NY 2004, p56-57

[10] Дни войны против Ливана 2006, издательство газеты ас-Сафир, Бейрут 2006г.

[11] Собственное интервью с шейхом М. Язбек, 17 апреля 2007

[12] Дни израильской войны против Ливана 2006, изд. газеты ас-Сафир, 2006, с.794

 

Али Мухиэддин (Бейрут)



(На главную страницу) (Стань другом НБ-Портала!) (Обсудить на форуме)

Rambler's Top100 ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU