ПОПКА ГАПОНЪ

 

 

Честное слово, хотелось по-хорошему, два года ведь прошло. Даже и не думал, что придется такое вот писать. Думал, позабудется. К чему прошлое ворошить? Тем более, нигде не собирался упоминать этого курьезного персонажа — Попкова — ан нет. Сам о себе напомнил. И никто поумней да постарше не догадался заткнуть ему рот. Неужели он столь значителен? Неужели так его боятся? 

Придется все ж мне ответить, ибо надо хоть как-то реагировать на вонь, разносящуюся по инету от появления то тут, то там этого микроскопически жалкого человечка. Ибо я прекрасно знаю, кто именно стоит за анонимной интернетной грязью в мой адрес. Не собирался ведь его «прославить». Ничего ведь не писал о нем. В книге пропустил его мимо — как будто его и не было вовсе. Как тень. Ни хорошего — ни плохого. Думал, ну что это изменит? 

 

Все же придется. Не для книги, а так, для души и правды ради, еще одну главу написать. Откуда берутся мрази. Ситуация, можно сказать, крайне поучительна для молодого поколения. Так что пусть будет всё по-честному. Возьму и я слово. Ибо правда превыше всего. Как говорил Достоевский, «правда выше России.» 

 

В добрый путь, читатель! 

 

 

 

————————————————————————————————————————

Зам. гауляйтера(а по его собственным неоднократным заявлениям в прессе — уже гауляйтер, то бишь руководитель) Московского отделения НБП Попков Роман Андреевич родился под другим именем. Любящие мама с папой назвали его Хусаенов Роман Эльдусович. Именно так значится в Свидетельстве о Рождении. И звали бы так до сих пор, ежли б совершеннолетний Рома не решился сменить фамилию. Мама его, кстати, продолжает благополучно носить эту фамилию до сих пор. Собственно, фамилия — как фамилия, а к маме мы еще вернемся чуть позднее. Почему, собственно, люди меняют фамилии, и можно ли подобным людям доверять? Вопрос сложный. И зачем понадобилось обычную для азербайджанского народа фамилию менять нацмену Роме на презренное «Попков» лично для меня до сих пор остается тайной. Вот Лимонов то же кажись новую фамилию себе придумал. Так ведь и старую нигде не скрывал. «Подросток Савенко» и всё такое. И как положено, ею гордился при случае. Про настоящие фамилию и отчество нашего героя я узнал аж через два с половиной года после знакомства. Зачем скрывать? Я что, из Ку-клус-клана? 

Вроде, человечек наш — не поэт, не скульптор и не эстрадный певец. Лично я считаю, что с уважением следует относиться к любым народам и нацменам. Но каждый народ должен уважать как себя — свою историю, культуру. У нас — Толстой, у них — Бюль-Бюль-Оглы. У нас — Ермолов, у них — Гусейнов... В каждом народе есть те, которыми гордятся потомки, и те, кому с презрением плюют в рожу и на могилу. Хоть мы живем в 21 веке, каждый имеет уважение к собственной традиции — к Традиции своего народа. Для русских это, например, праздник Пасхи, и даже если ты не православный — разбить яичко в дань уважения собственной бабушке и маме, сходить на кладбище в родительский день — вполне нормально. Ну там для мусульман — пост Рамадан и так далее. Говорят ещё, когда человек предает свою Традицию, он всё равно не способен воспринять чужую как свою, что порождает множество душевных проблем и частенько является причиной самоубийств. 

 

Чего ради еврейско-азербайджанский мальчик Хусаенов Рома в 18 лет сменил фамилию, лично для меня до сих пор остается загадкой. Желание вдруг стать «очень русским»? Возможно, сменив фамилию можно таковым назваться ради прикола. Даже если у тебя горбатый шнобель — как у Геннадия Хазанова, спустившегося с Кавказских хребтов, и телосложение отбившегося от собственной отары бедуина, ничего в сем зазорного нет. Ну захотел мальчик быть русским! Ну что в этом такого, если мальчик сменит фамилию и имя собственного отца? Хотя Эльдусович — это ведь не Моисеевич, вроде. Эльдусовичей у нас в стране не притесняли даже в самые суровые антисемитские времена. Мало кто живет в Брянске? В городе Брянске когда-то было очень много евреев. И среди евреев было очень много достойных, уважаемых в городе людей. Сейчас их меньше — уезжают. Но и сегодня в Брянске кого только нет — украинцы, азербайджанцы, испанцы — всем хватает места в бедной области. Никто правда особо не рвется в «русские», да оно и не нужно — привилегий от этого не прибавляется. 

 

Честно признаюсь, про фамилию и отчество подозревал. Но узнал уже слишком, слишком поздно. Вообще у меня есть некоторое предубеждение относительно что-либо скрывающих о себе людей. Мне вот скрывать о себе нечего. А когда человечек общается с тобой годы, а потом ты узнаешь о нем «нечто» странное... На самом деле, подобные люди всегда у меня вызывают подозрение и я подобных людей сторонюсь. Жди от таких неприятностей. 

 

Прочел я давеча книгу воспоминаний террориста Савинкова. Надо сказать, отношусь я к Савинкову без лишних иллюзий — по моему субъективному мнению Савинков, окруженный дружками — евреями, был врагом России, на деньги иностранных государств разжигавший здесь террор, гражданскую войну, сеявший кровь и насилие в угоду германскому и скандинавскому военному истеблишменту, боролся на деньги еврейских банкиров против монархии и черты оседлости. Но есть определенный закон жанра. Когда на любого Савинкова всегда есть свой Гапон и свой Азеф. Последнего, являвшегося двойным агентом революционеров и охранки, разоблачил публицист В. Бурцев. Человек независимый от революционеров, но симпатизировавший некоторым из них в определенной степени. Мне лавры Бурцева ни к чему — ибо сегодня мы живем во время пародий — пародийные партии, пародийные революционеры, пародийные государства... 

 

Однако, в делах НБП я уже года два как совсем не участвую, да, впрочем, и тот отрезок времени, когда и участвовал в жизни партии, те, кто знал меня лично, хорошо помнят, что в моей жизни были вещи и поважнее. Однако, каждому я стремился дать то, чего человек сам хочет. Хочешь быть героем? На, пожалуйста. Хочешь лидером? Будь им, я не жадный. В секретно-революционные дела москвичей не лез, и окромя эпатажных приколов ничего меня в радикальном молодежном движении не волновало. Искусство перфоманса для меня выше идейных революционных порывов, ибо я терпеть не могу «идейных» леваков. Седые мудя нынешних обкомовских революционеров от компартии — вот и все заслуги революции. И новой таковой мне лично не надобно. А с трепетом относился я всегда к немногочисленным друзьям, которые появились у меня в партии. И дружба — это, пожалуй, самое ценное, что внутри этой партии для меня было. Никогда я всерьез не воспринимал ни её расплывчатую идеологию, ни её возможность оказаться у власти. Её лидер, мсье Лимонов, для меня всегда много значил в одном-единственном качестве — как очень талантливый, современный писатель. Суперстар русской литературы. Но никакая не «совесть нации», не «вождь» и не прочие диковинные термины от жополизов и подхалимов. Уверен, сам он себя уже давным-давно не считает серьезным и «опасным режиму» политическим деятелем. Уверен, Лимонов далеко не дурак, и прекрасно осознает роль самого себя в истории России и в истории литературы. Лавры Вацлава Гавела ему уже давно ни к чему. А лавры легендарного русского писателя уже есть, и это на века. 

 

Однако, партия — есть партия. И считает НБП себя, по прежнему, революционной организацией. По сути — единственной в России леворадикальной оппозицией, наследницей еврейских террористов начала прошлого столетия. Вот с этим, действительно, стоит считаться. Ибо таковой ее считают несколько сотен ребят, и уж я-то знаю, каково им, когда тебе снятся подвиги и флаги, когда тебе с друзьями-товарищами море по колено. И то, что настоящих революционеров в НБП пока не видать, совсем не значит, что их вообще никогда и нигде не будет. Уверен, будут и революционеры, и Боевая Организация, как та самая, с.-р., которой посвятил себя некогда Савинков. Будут и суды над теми, кто оступился. И смертные приговоры то же будут. Но пока, слава Богу, до настоящих революционеров далеко как до луны. Хотя разоблачения всё равно будут, ибо и в подобном, достаточно курьезном облике, организация вызывает нешуточный интерес у правоохранительных органов. Так что и есть и будут те, кто помогает держать ситуацию внутри партии «на контроле», чтоб вдруг ни с того ни с сего вместо комического яйца в рожу высокопоставленного урода не полетела ненароком боевая граната Ф-1. Для контроля в партию засылаются маленькие серенькие человечки. Вот об одном из таких загадочных человечков, путь которых непрерывно сопровождает ложь и попытки что-либо скрыть, об одном из них и написана эта глава. 

 

С чего всё началось? Брянское отделение несколько месяцев перед отправкой в армию гауляйтера и гитариста нашей рок-группы Боксёра сошло на нет. Ребята разъехались по области помогать родителям по сельскому хозяйству. Мне было некогда заниматься чепухой, я вообще никогда не стремился быть «гауляйтером», и тем летом пребывал, как обычно, в состоянии творческого экстаза. Ездил к родителям в Приднестровье, пытался раскручивать новые бизнеса. В Москве тем временем разрабатывалась первая легендарная акция Партии — по сценарию место предполагаемого экшена — Севастопольская башня — держалась в строжайшем секрете. Была легенда — якобы речь идет о Нарве. К примеру я об истинном месте ничего не знал, да и особо не расспрашивал. Московские попросили людей зачем-то, никаких людей у меня конечно не было. Тем более, что намекали на возможный арест, тюрьму и так далее. 

 

И тут вдруг откуда ни возьмись, позвонил Боксер — якобы нас пригласили на радио для интервью. Якобы его через третьих лиц, музыканты какие-то, познакомили с ведущим радиопередачи на Европе-плюс Брянск. Для нашей рок-группы, пребывавшей по вполне понятным причинам в полной жопе, это было очень здорово. Мы поехали на радио. Познакомились с «ведущим». Звали его Рома Абакумов. Меня удивило следующее: по дороге к студии он очень попросил не говорить в эфире о Лимонове, Дугине и НБП, а сам затрахал меня вопросами на эти темы, и до эфира, и в самом эфире, и после него. Странно, подумал я, ведь можно было и о музыке поговорить. Ну, если наша хреновая, то хотя бы о чужой... Я тогда к нашей музыке очень трепетно относился. Поговорить хотелось. Но дался ему этот Дугин с Лимоновым. Мы с Боксером изумились — откуда вылез этот хер Абакумов? Почему он такой продвинутый? 

 

Честно говоря, удивился я сильно — как это в зачуханном Брянске, где нацболы не провели ни одной акции, и в стране они еще не гремели, как это так вышло, что дяденька оказался настолько информирован? Абакумов предложил познакомить меня со своей женой. Слава Богу, у меня в то время под боком была своя. Однако, я так изумился новому перспективному знакомству, что хватило ума — пригласил их в гости. Семейство язычников Абаумовых, интересующихся не на шутку НБП особого энтузиазма у меня не вызвало. Избитые клише: «у вас в партии есть жиды», а нам нравится Гитлер, и тому подобное — хотя, как мне показалось, оба «язычника» сами были чистокровными «юде». Язычники несколько часов терзали душу выспрашивая меня о НБП — о программе, предполагаемых действиях, и я засомневался. Вступить им не предложил, ибо клиника полнейшая. Зато буквально через пару дней, когда из Москвы требования об отправке усилились до предела, семейство Абакумовых приволокло за собой паренька, который якобы очень хотел вступить в НБП и совершить акцию прямого действия. Так в моем доме впервые оказался Роман Попков. 

 

Попков сразу написал заявление о вступлении в Партию, и изъявил желание поехать куда-нибудь на акцию прямого действия. Предложил отправить его в первый же день. Меня подобный энтузиазм всегда настораживал. Старых партийцев невозможно было на такое уговорить! В то время все эти просьбы немедленно «отправить» на героическую акцию звучали даже не отдельно — а в той же компании Абакумовых, под пиво и воблу. Я ломался примерно час, но доверить новенькому не решился. Из Брянска не выехал никто. Через пару дней в Севастополе была захвачена башня. 

 

Что рассказал о себе в первый день знакомства Попков? То, что он — радикальный русский националист с языческим уклоном, ненавидит «жидов» и православие. Что несколько лет был в Брянском РНЕ заместителем руководителя отделения, собирал анкеты. Что привела в РНЕ его — мать, и он был там несколько лет, а потом разочаровался и ушел, так как стал подозревать, что его руководитель — глава Брянского РНЕ — «сам жид, до этого был у Жириновского». Попков рассказал, что Брянское РНЕ развалилось, и ему там скучно, что они загнивают, а в НБП он видит потенциал и готов работать в партии. 

 

Сам собой напрашивается резонный вопрос: с какими целями Хусаенов Роман Эльдусович, скрываясь под новой, русской фамилией вступил в Русское Национальное Единство, где заполняющим анкету на вступление придирчиво объясняют железное правило: гражданам любых национальностей, кроме славянских, вход в РНЕ строго воспрещен? Поскольку Попков при знакомстве со мной свою истинную фамилию скрыл, этот вполне уместный вопрос не прозвучал. Ну, мало ли в каких партиях был человек? Пришел в НБП? Надо принимать. Графу «национальность» в НБП заполнять не требовалось. Происхождение — личное дело каждого. 

 

Семейство Абакумовых, которые впервые привели ко мне Попкова, спустя почти два года, за несколько недель до приезда в Брянск Эдуарда Лимонова и ареста писателя — по собственной инициативе возобновили со мной общение. Жена Абакумова принесла ко мне в дом на продажу немецкий кинжал в ножнах. Огромный такой, времен войны, и предложила мне купить раритет за смешную цену — 400 рублей. Я сказал, что у меня сейчас нет денег, но, если можно, пусть он у меня полежит недельку. На что Вика Абакумова ответила, что, мол, никаких проблем, но у нее есть еще трофейная в смазке немецкая винтовка с патронами, и что совсем недорого. Тысяча рублей. На вопрос «откуда» она ответила, что у нее друзья — поисковики, и ей просто понадобились деньги на мотоцикл. На предложение привезти и «показать стоящее оружие» я ответил отказом. Хотя ножик мне и вправду очень понравился. Я даже было думал резать им свинок в деревне, чем занимался тогда каждой весной. Но и вправду денег не оказалось, и я вернул его Абакумовой. «Быть может, ты найдешь нам покупателей на винтовку»? Я пообещал поспрашивать. Предложил её продавцам-скинам из магазина рок-атрибутики в Брянске. Те было проявили интерес, потом потеряли. Я было решил наварить пару тысяч на посредничестве, не трогая само оружие. Идиот, блин. Но такова моя сущность спекулянтская. Слава Богу, продавцы из магазина отказались покупать оружие и кинжал по завышенным ценам. А ведь и вправду поверил, что у Абакумовых «тяжелое финансовое положение»... Ещё Абакумова приволокла ко мне домой портрет Гитлера, якобы, по той причине, что за ней «следят ФСБ» и прослушивают переговоры. Портрет я дома не оставил, тут же отвез местным партийцам, возможно, он и сейчас висит где-то. 

 

Возможно, благодаря чистой интуиции и отказу в приобретении винтовки и ножа Лимонов не был арестован в Брянске, у меня дома. 

 

Спустя неделю после отъезда Лимонова из Брянска фотопленка с десятком снимков визита писателя, из моей квартиры бесследно исчезла вместе с некоторыми моими личными бумагами. Попков эти недели по какой-то причине изрядно нервничал. 

 

Собственно, у меня нет после случившегося ни малейшего сомнения в том, что Попкова Романа привели ко мне в дом вполне понятно кто. Абакумовы эти, кстати, здравствуют и до сих пор. Живут там же, в Брянске. В соседнем с Попковым доме. Пропагандируют язычество и борятся «сжидами». Издают в приличном качестве малотиражный журнал «УЛЬТРА» с множеством свастик и прочей языческой хрени. Честно говоря, согласно норм революционной этики, претензий у меня к ним никаких нет. Поскольку это были люди — СНАРУЖИ организации. Они в неё не рвались и не записывались. А если и вправду были не вовремя взявшиеся к приезду Лимонова «поисковики», а настоящая подстава, то чего уж там... Люди находились на работе. При исполнении, как говорится. Так что, «Бог в помощь». Был же мальчик с пистолетом внутри организации — чуть домой его мне не приволок. Это, как говорится, совсем другое дело. 

 

Что касается Брянского РНЕ, то я из любопытства все же познакомился с их руководителем, Трофимовым. Замечу, никакого антагонизма он у меня не вызвал. Обычный русский дядька, бывший военный. Ну, партия у него зарегистрированная. Помещение. Ребята охраняющие парк отдыха по договору. Ничего подозрительного. Что запомнилось? Он мне рассказал, как отвечает на предложения пострелять и порезать хачей тем, кто жалуется на недостаток радикализма в РНЕ. «Задолбали меня уже провоцировать на такое. Ну, говорю, давай пойдем вдвоем. Ты возьмешь нож, я нож. Найдем хачика. Я ударю — и ты ударишь. Слабо, а?» Трофимов, надо сказать, относился ко мне лично с уважением и симпатией. Жаль, что я не догадался тогда спросить его мнения о Попкове, бывшем его заместителе. 

 

Никакой партийной деятельности несколько месяцев не было опять. Боксёр ушел в армию. Отделение решила возродить Зайка, Оля Архипова. Зимой она по собственной инициативе пробежалась по адресам, остался ли кто там живой. В списке адресов был и новый член партии Попков. Они пришли в следующий раз ко мне в гости вдвоем. Я организовал концерт Непомнящего, и через несколько дней прошло собрание, и организация ожила. Мы провели ряд запоминающихся акций. О нас впервые заговорили в городе. Телевизионщики делали беззлобные репортажи. Мы стали местной достопримечательностью, как кришнаиты и толкиенисты. 

 

Попков, надо отдать ему должное, как без мыла в жопу, умеет влезать в душу. Он сразу вызвал у меня восхищение знанием истории, своим политическим прошлым, рассказами о том, как его милиция сняла с поезда, когда он маленький поехал защищать сербов, сбежав из дома. Я хотел выделить кого-нибудь из ребят на должность гауляйтера. Но именно Попков, тонкий знаток человеческой природы, при всех начал без причины передо мной лебезить «да, мой гауляйтер, слушаюсь, герр гауляйтер». Те, кто меня знает, наверняка прекрасно осведомлены о том, что мне по жизни подобные почести не нужны — других хватает. Но, блин, тщеславие — тяжкий из грехов. Я оказался чудовищно падок на лесть, и купился, как ребенок. Стал этим самым «гауляйтером». Попкова, соответственно, за смекалку и преданность, сделал зам. Гауляйтера. И сказал ему сразу: «Рома, мне неохота вечно быть гауляйтером, я считаю, что каждый нацбол должен побыть в шкуре руководителя, через год ты возглавишь организацию. Смотри, учись. Поступай как знаешь.» 

 

Через 4 месяца в отделении началась внутриусобная война за место рядом с гауляйтером. То бишь со мной. Вел её Рома Попков с теми, кто, собственно, к должностям и не стремился. В основном — это были его сверстники, менее пьющие и более творческие люди. Креативные, думающие. Кого-то из них Рома обхамил, кого-то унизил, над кем-то посмеялся. Когда я спросил: какой толк в том, что уходят нормальные ребята с образованием и мозгами, а остаются одни дети, Попков отвечал: «Рома, ты творческий человек, ты не видишь врагов, не различаешь их. Жидов и предателей надо убирать. Я буду рядом с тобой как Берия знаю, кого надо убрать.» 

 

Я махнул рукой. Мои лучшие друзья стараниями Попкова уже были вне партии, да и сам я не предполагал задерживаться в гауляйтерах «делай, как знаешь, тебе скоро командовать отделением, так что смотри как тебе лучше». Отделение уже имело средний возраст лет в 14-15. Мне среди детей рисоваться не хотелось. Поэтому я постепенно начал отходить от дел, и собрания доверил вести Попкову. Двухметровая каланча худющего до безобразия Попкова на фоне юных пареньков в два раза ниже ростом — это был даже не цирк. Попков как раньше в РНЕ собирал анкеты, и полностью контролировал отделение. 

 

Прочь прогнать тоску-сомнения... Поскольку Попков уже фактически выполнил на двести процентов поставленную «Высшим Разумом» задачку по полному устранению меня и моих друзей подальше от самой организации, приготовил ему маленькое домашнее заданьице и я. Вот, думаю, если парень пишет на меня доносы, сумеет ли написать МНЕ донос на всё отделение? На своих товарищей? Ну и придумал легенду. «Напиши-ка, говорю ему, Рома, мне докладную записку о настроениях внутри отделения, о разговорах. Я ведь не имею времени с ними, молодыми общаться. Напиши, чем они живут, о чем между собой говорят. Кто из них кто, какова степень влияния, лояльности руководству. Кто говорит обо мне и о Лимонове гадости, какие гадости, кто нам с тобой максимально предан и может быть полезен — ты же мой заместитель, должен иногда ставить меня в известность — короче — пиши всё. Там видно будетЯ уехал домой, а он целый вечер среди них тёрся, настроения изучал. На следующий день Попков прямо мне домой притаранил маляву на трех листах формата А4, мелким своим, корявым почерком. С фамилиями, кличками, краткими характеристиками по степени лояльности, кого рекомендует в Исполком и так далее. Колоссальная, надо сказать, работа. Конечно, сил дочитывать весь этот тяжкий содомический грех не было вовсе. Так и не дочитал. 

 

Ну, думаю, сколько таких вот «бесед» у нас с ним было? Сколько же бумаги «контора» собрала по результатам наших задушевных с ним разговоров за курением, питием пива и кофе с крепкими сигаретами? Какая уж тут нахрен «дружба»? Какая конспирация? Даже не до смеху. Что касается экстремизму — приплылиальше некуда. 

 

Собственно, уже тогда я начал постепенно понимать, что боевые революционные организации с нынешней НБП не имеют ничего общего. Мой скепсис был не на пустом месте — слишком много было маскарада. Мы были прозрачны как слеза. Но все же отделение оказалось на пике событий — в Брянске зимой случились губернаторские выборы и одновременно с ними — выборы депутатов в облдуму и Горсовет. Разные политические силы видели в нас опору и инструмент для собственных интриг. 

 

Попков после очередного митинга пригласил нескольких пацанов из партии к себе в гости. Там мы впервые и познакомились с его мамой. На самом деле, мама Попкова — это совсем отдельная история, хотя Попков и его мама неразрывны во многом, но все же она — отдельная личность, поэтому стоит уделить ей внимание. 

 

Хусаенова Валентина Витальевна — мама Попкова, за преданность в предвыборную кампанию отстраненному Ельциным губернатору Лодкину(КПРФ), была назначена губернатором на должность секретаря областной избирательной комиссии. Имеет завидное влияние в Брянской обладминистрации. Хотя до выборов, на которых победил Лодкин, её семья бедствовала. Мать-одиночка, Хусаенова В.В. хлебнула горя в жизни. Живя с двумя детьми в однокомнатной хрущевке, она умудрилась вытянуть из трясины нищеты себя и своих детей. Попков до возраста зрелого детины находился на ее иждивении, она оплатила ему учебу в институте. Мама отмазала Попкова от армии, устроив учителем в сельскую школу на субботние уроки. Мама нашла первую работу — в штабе КПРФ Брянской области. Мама нашла нужных адвокатов, когда Попкову светил срок за грязную бытовуху. Мама привела юного Попкова в РНЕ, мама — женщина железной воли, как волчица над волчатами, прожила трудную жизнь и достойна уважения. 

 

Но у мамы есть хозяин. Работодатель. Губернатор Брянской области Ю. Лодкин, которому многим чиновникам собственной администрации очень хочется услужить даже тогда, когда об этом сам губернатор никого не просит. Нацболы в Брянске изначально позиционировали себя как антигубернаторскую силу. Мы прекрасно оценивали свои нулевые возможности, и ни к чему и не стремились изначально. Нас было 15 человек — музыканты, хиппи, поэты, художники. Мы и выборы — вещи в корне несопоставимые. Ни о каких избирательных кампаниях с нашим участием и речи быть не могло. И вот сидим мы с партийцами у Попкова на кухне, обсуждаем планы на будущее. Как к нам подсаживается Хусаенова В.В. и произносит в мой адрес примерно следующее: «Роман, ты должен обязательно принять участие в выборах! Ты такой перспективный кандидат, туда такие лезут вонючие уроды, ты обязательно победишь! Я вам помогу, губернатор вам поможет! Посмотри, какие кругом мрази, а губернатору надо помочь. Он ведь все-таки коммунист, не демократ какой-нибудь! Не будет же НБП в Брянске поддерживать демократов — вы должны поддержать Лодкина!» Тщеславие — тяжкий из грехов. Думаю, частично реабилитирует меня то, что я до этого в жизни не имел дела с госслужащими, чиновниками «обладминистраций», и не имел представления, насколько они в жизни гаже, чем думают о них нормальные люди у себя на кухнях. 

 

Взамен нашего участия в предвыборной кампании Лодкина нам было честным словом обещано помещение под партию, которое мама Попкова должна будет пробить через двух первых замов Губернатора. По одному из округов выдвинули и мою кандидатуру, однако, заниматься собственными выборами нам было крайне некогда — нацболы были от зари до зари заняты на губернаторских акциях, расклейках листовок и разбросах черных прогубернаторских газет по территории области. Выборы мы проиграли, но надежда на долгожданное помещение от мамы Попкова угасла не сразу. 

 

В те времена я часто посещал здание обладминистрации. Там же, где на первом этаже восседала хозяйка всех Брянских выборов Ромина мама, только несколькими этажами выше шла работа по дополнителным выборам на Брянщине. В силу профессиональной необходимости в сфере политконсалтинга я имел веские поводы там бывать. Появился интерес в очередной раз с заранее предрешенным финалом — проверить Попкова. Позвал домой. Попкову как-то между делом мной было сказано: «знаешь, дорогой, я сейчас часто хожу в Администрацию, почти каждый день. Быть может, скоро там вообще работать буду. Думаю, поищу надежное место там, и начну переносить туда спирт — по бутылке в день. Поджечь бы это осиное гнездо — это было бы лучшей акцией Брянского отделения. Представляешь, сжечь обладиминистрацию? Я бы даже выходить не сталПопков в ответ что-то соглашающее прокукарекал, покивал... Однако, уже через день на входе в Обладминистрацию милицейской охраной мне был учинен тотальный досмотр. С тех пор каждый день просматривалась моя сумка, и после выборов никакой работы я в администрации не получил." Собственно, проверка дала положительный результат. Не знаю, как кому, а мне дополнительные аргументы не нужны. 

 

Для меня ясно как день следующее: политика — особое место. Политики — особая каста людей. Там и предательство — не предательство, и низость — не низость. В ней нет места нормальным людям. Слишком много цинизма, вранья, подстав. Никакой политик не думает о людях — думает о том, как их использовать во благо собственных амбиций. Спустя месяц после выборов я сложил с себя полномочия руководителя отделения. Я ничего не потерял — у меня остались друзья, в том числе те, которых «зачистил» из партии клоун Берия-Попков, остались друзья в московском отделении. Были интересные проекты, и Попков слишком долго рвал жопу на фашистский крест, чтобы стать гауляйтером. Флаг в руки. 

 

Тем более, что это была та самая, казахстанская весна... Попкова чудовищно бесило, что я чем-то там за его спиной занимаюсь в Москве, а он, по собственному выражению, «не гауляйтер никакой, а просто кукла». Что я ничего не рассказываю ему про казахстанские дела. Блин, ну кому там было рассказывать? По его же собственным словам, его начали активно приглашать на беседу люди из Брянского ФСБ. Один из фсбшников якобы постоянно его беспокоил, проникался к его проблемам, пытался расположить к себе. Однако вскоре Попков потерял желание делиться со мной подробностями личной жизни. Пустая головешка, конечно, он знать ничего не знал — и был наверняка полностью бесполезен «органам», а может быть как раз «органы» дико бесила его нерасторопность... Но я в свою очередь начал подумывать, что ошибся. Каким бы ни было это самое отделение, нахрена ему такой странный гауляйтер? 

 

И вот, наконец-то, проходит первая акция под прямым Роминым руководством. Спустя несколько недель Попков приехал ко мне домой, и сообщил, нервничая и потея, что его вызвали на допрос в милицию, где на протяжении четырех с половиной часов его с пристрастием в течении четырех с половиной часов допрашивала следователь Брянского РОВД, барышня 27 лет от роду. И что он назвал «пару кличек», для виду. Я попросил уточнить, кого именно он назвал. Ответа не последовало. Я, к сожалению, забыл у него спросить: по какой причине я не был поставлен в известность о вызове Попкова повесткой на допрос в РОВД? Почему он отправился туда, скрыв это ото всех, в том числе и от руководстваато спустя еще неделю последовала повестка на домашний адрес двум девушкам Брянского отделения НБП, на акции Попкова вообще не присутствовавшим. Первая повестка пришла О.Войтенок, вторая — О.Архиповой, которая в состоянии осложнения беременности находилась в это время в больнице, и повестку получил её муж. Я позвонил Попкову и в жесткой форме потребовал объяснений: по какому праву он позволил себе сдать ментам списочный состав отделения, включая фамилии, имена, адреса и так далее. Он, сильно нервничая, ответил, что милиция требовала доказать наличие в организации лиц совершеннолетнего возраста. Именно для того, чтобы доказать, что в организации есть совершеннолетние, Попков сдал отделение. 

 

«Назвал всего пару кличек»? Уже не в первый раз Роман Попков был пойман мной на лжи. 

 

О.Войтенок была проинструктирована должным образом, захватила пару партийных газет отправилась на допрос, в ходе которого той же самой следовательнице с безразличным видом заметила, что вправе не называть членов организации, поскольку закон не обязывает это делать, ибо организация в судебном порядке не была признана преступным сообществом, и Брянское отделение не совершало действий, противоречащих законодательству РФ. Следователь достаточно спокойно всё зафиксировала, после чего ей была заявлена просьба отказаться от допроса беременной О.Архиповой, и на этом вся тема затухла. Возникает следующий, достаточно резонный вопрос к аудитории: имелись ли у Попкова действительно серьезные основания для сдачи ментам списка Брянского отделения партии? 

 

И спустя пару месяцев — снова подстава. Какие-то криминальные авторитеты приволокли несколько баллонов с краской и за достаточно солидный прайс заказали Попкову разукрасить несколько бизнес-объектов в городе, по дискредитации одного их хозяина. Попков сделал работу, получил деньги. В свою очередь я настоятельно попросил избавиться от остатков баллонов и тем более ни в коем случае не писать ими на всех заборах «НБП». Дело было очень криминальное, хозяева наверняка накатают заяву, и если появятся надписи «НБП», то уши наши вылезут, и начнутся проблемы. Там может быть и чудовищный штраф, и что угодно. Каково же было мое изумление, когда всего лишь спустя пару дней этой же краской Попков нахерачил на заборах «НБП» по всему центру города, а меня поволокли на допрос ребята из конторы, и мне пришлось в срочном порядке увольняться с работы и уезжать из Брянска подобру-поздорову. Что это, если не подстава? Глупость? Ошибка? Не мне судить. Я лишь пересказываю, как было на самом деле. 

 

Самое наибольшее изумление доставляла регулярная необходимость в ходе выяснения отношений с самим Попковым, вместо Попкова общаться по телефону с его мамой. Мама, как правило, вступалась за сына и высказывала всевозможные, более чем странные претензии, никак не аргументируя особенности поведения собственного отпрыска. Вскоре прятаться за маму станет для Попкова любимым занятием. Мама Попкову — щит и меч в любом конфликте. Хотя, смею заметить, женщина она и впрямь отважная и боевитая. Её мужество достойно целого войска. Жаль только, что с сыном ей не совсем повезло. 

 

После случившегося я потребовал у Москвы отстранить Попкова от руководства отделением. Что, впрочем, и произошло. Не имея никаких болезненных политических амбиций, я предложил оптимальный вариант — Лёшу Кириллова, который до ухода в армию благополучно со всем справлялся, и Брянское отделение я полностью избавил от собственных вмешательств, советов и рекомендаций. Как-то всё текло само собой, только, к сожалению, Брянское отделение несмотря на все мои издалека внушения, с тех самых пор и до сегодняшнего дня не провело ни одной акции против губернатора от КПРФ, хозяина мамы Попкова, Юрия Лодкина. Митинговали, кидали яйца — но только в лодкинских оппонентов. Сегодня фактически невозможно говорить о наличии отделения, но даже если силами оставшихся семи подростков и будут проведены акции в преддверии декабрьских губернаторских выборов 2004 года, смею сделать прогноз, любые акции не будут направлены против Губернатора Брянской области Лодкина и той фигуры, которую будет поддерживать команда Губернатора на следующих выборах. Мама Попкова не позволит подобной самодеятельности случиться. Хотя сам Губернатор Лодкин вряд ли планировал «дружить с НБП», это его могло бы лишь дискредитировать в глазах обывателей — тем более, партий у него в ресурсе хватает разных. Просто инициативные подчиненные зачастую пытаются подгрести всё подряд. Особенно то, что плохо лежит. Чтобы было чем отчитаться в собственной преданности.

 

А бедный Попков всю жизнь просидел под каблуком у женщин. Им до сих пор руководит мама, и его мама до сих пор руководит отделением. Это полнейший дурдом политической жизни Брянской области, это смех федерального масштаба — региональным отделением НБП руководит секретарь облизбиркома Брянской области, подчиненная Александра Вешнякова, того самого, облитого майонезом на прошлых выборах. Поливали Вешнякова в Москве юные нацболы не иначе как по приказу Ромы Попкова, и это не менее смешно, чем если бы Попков в честь несправедливости предвыборной кампании приехал бы в Брянск поливать майонезом и кетчупом родную маму. Ситуация с НБП в Брянске настолько серьезна, что если уходящий после трех сроков Губернатор Лодкин примет решение поддержать на зимних губернских выборах в качестве своего преемника, к примеру, заслуженного педераста России Борю Моисеева, то Брянское отделение НБП обязано будет мочить его оппонентов, иначе мама Попкова, как наверное она себе думает, немедленно вылетит с работы. 

 

После ухода в армию Кириллова, случилось новое курьезное происшествие. В Москву Фомченкову позвонил Рома Попков, и уведомил, что приступает к исполнению обязанностей гауляйтера. Что он контролирует ситуацию в отделении, и что всё будет как надо. Через несколько минут о звонке Попкова как члену ЦК, сообщили мне. Я удивился. Дело в том, что всего лишь пару дней до этого я побывал в одной из районок СКМ(молодежной дочки КПРФ), располагавшейся в моем институте, где мой старый приятель Денис Волчков безо всяких тайн, а наоборот, с большой гордостью сообщил, что Рома Попков написал заявление на вступление в СКМ, назначен зам. руководителя отделения Советского района г. Брянска и взят в штат коммунистической газеты «Брянская Правда» с окладом в 1700 рублей. 

 

Член ЦК Фомченков сильно удивился, и, Попкова немножко «притормозили». Уже через 15 минут у меня дома раздался телефонный звонок. Попков обильно матерился, заикался и плевал в трубку о том, что я «плету против него интриги». На просьбу прокомментировать информацию о его вступлении в СКМ и назначении на руководящую должность, Попков ответил, что «это наглая ложь». После чего мной было предложено для разбора столь серьезной ситуации не кипятиться, а привлечь к делу москвичей, и свидетелей из СКМ, принимавших его в свои тесные ряды, благо Брянск — город маленький, все друг друга знают. Попков немедленно сменил тон, попросил прощения, и сказал, что «я буду приносить пользу НБП в рядах СКМ, я не буду гауляйтером Брянского отделения, но кроме меня им быть некому, пусть тогда им будет либо Михалёв — либо Юля». 

 

В очередной раз Попков был пойман на лжи. Однако, Московским руководством было признано неразумным расформировать отделение и решили не выгонять его вон немедленно. Попков предложил назначить гауляйтером несовершеннолетнюю Юлю, поскольку она была его девушкой, а Михалёв чаще занят и дальше живет. На том все успокоились. Я в очередной раз его простил. 

 

Собственно, в начале октября 2002 года «голубая мечта идиота» сбылась. Попков после отставки Юли возглавил отделение. Однако, случилось это не сразу. После прорыва 15 сентября 2002 года на антикапитализме, на который несовершеннолетнюю Юлю, вопреки родительской просьбе не ввязывать их дочь в политику, навравший им с три короба Попков уволок за собой в Москву, случился странный инцидент. Попков был заснят фотографами с изувеченным ненавистью лицом, наносящим штыковой удар сотруднику милиции. Это фото имеется в партийном архиве. На акцию он вырядился в точности как Алексей Голубович. Берет, бородка, черная куртка. Бил милиционера Попков — сел в тюрьму Голубович. Их якобы перепутали. Но и это не всё. Мало того, что Попков поволок собственную девушку в прорыв, как только Юлю сцапали омоновцы, она крикнула хромоногому кавалеру «Рома, беги» — и он уковылял-таки от мусоров, не вступившись за девушку. Уковылял, хотя замели многих. По приезду в Брянск хромоногий радикал Попков совершил еще одну акцию «прямого действия» избил отца Юли, штурмана боевой авиации в отставке, в общем-то пожилого добрейшего маленького дядьку, железной ножкой от табуретки по голове. Истеричный придурок, однако, был прощен. В том числе и моими стараниями по уговорам Юлиных родителей не сажать в тюрьму этого будущего клиента клиники Кащенко — он своё койко-место в соответствующей палате и без них найдет. Уголовное дело замяли, Попкова простили, как простили и попытку со стороны Попкова в ходе судебного разбирательства, в общем-то позорную бытовуху превратить в громкий политический процесс по «травле истинных защитников народных интересов», с блатными адвокатами обладминистрации, и журналистами областных газет. 

 

До этого момента Попков неоднократно обращался ко мне с просьбой оказать влияние на Юлю, чтоб она перестала его бить и унижать при партийцах. Собственно, я в октябре 2002 года до того наслушался о регулярных рыданиях Попкова перед женщинами, о его унижениях и соплях, что ничуть не удивился, когда понял, что «Валькирии Революции» в глазах этого женоподобного человечка — это всего лишь фрейдовские приколы. Попкову не хватает мужских черт, и он пытается вечно воспитать их в находящихся рядом девушках. Так случилось, что его маме пришлось заменить отца, и она для него была всегда и отцом, и фюрером.. Именно мамы ему по жизни и не хватает. Поэтому он и пытается задавить в находящейся рядом девушке здоровое женское начало, и навязать различную языческую хрень. Это глубокая психопатология. Как правило, девушек этих ждут репрессии со стороны родителей либо избиения в милиции. А заикастый р-революционер будет раздавать свои патетические интервью и кривляться на публике. Что это, собственно, как не латентная педерастия? Сложный вопрос. По поводу предательства НБП я оставлю факты на суд компетентной публики. Но, касаясь внутреннего мира, уверен, этот агрессивный психопат достоин Кащенко. 

 

Подводя промежуточные «итоги» различного рода деятельности Попкова в руководстве разными молодежными общественными организациями Брянской области следует обратить внимание, что спустя несколько месяцев после выхода Попкова из РНЕ, Председатель Брянского РНЕ Н.Трофимов странным образом был отстранен от должности. Отделение Брянского РНЕ разгромлено. После выхода Попкова из руководства СКМ Брянска, спустя несколько недель был отстранен от должности и дискредитирован руководитель областной организации СКМ — Е. Гайворонский. Спустя несколько месяцев после того, как в щупальцах Попкова оказался самый лакомый кусок — Брянское отделение НБП, Роман Эльдусович смылся в Москву, прихватив с собой еще несколько ребят из актива, не оставив после себя ни преемника, ни организованной сколь бы то ни было группы. Как политическая сила, областная организация НБП была полностью уничтожена. Вот, собственно, и все плоды «активной партийной работы» Попкова на Брянщине. 

 

Что было дальше? От Попкова в октябре 2002 года ушла-таки девушка. Ушла ко мне. Собственно, почему нет? Никаким «товарищем» мне он не был, никаких обязательств я перед ним не имел. Уверен, если бы вместо меня оказался любой другой, но нормальный в психическом плане мужик, девушка от Попкова ушла бы к нему. К кому угодно. Поскольку подобные ухаживания, поразумевающие, что надо немедленно стать «валькирией» и драться с ментами — нормальной, психически здоровой девушке ни к чему. Ну ушла. От меня самого уходили не раз — уходили и просто девушки, и жены. Это жизнь, кого винить за подобное, кроме себя? Бывает. От такого не застрахуешься. 

 

Расставаясь с девушкой, по глупости отдавшей два года своей молодости высокомерному иждивенцу, лодырю и подхалиму, Попков чуть ли не на глазах у всего Брянского отделения НБП отобрал у Юли все свои подарки за 2 года, включая дешевенький сотовый телефончик, уже поношенный, китайский женский зеленый рюкзачок и копеечную бижутерию, оставив «на вечную память» комплект собственных фотографий «а-ля гитлерюгенд». Скромности и щедрости нашему персонажу, знамо дело, не занимать. Как ещё можно выразиться? Ну не физический пидор, так латентный — это уж точно. Слюнявый мелочный пидор — он и есть пидор. Ни прибавить — ни убавить.

 

После отъема нехитрого «имущества» Попков тут же объявил Юлю «предателем Партии», настроил против неё отделение, и попросил меня, чтоб мы не посещали собрания Брянского отделения, поскольку это наносит ему глубокие душевные раны."Мы были самой красивой парой". Боже, какие слюни! Не посещать собраний? Да кому они нужны, эти «собрания»? Мы пошли навстречу Роме, исключительно из чувства сострадания и понимания его глубоких психических проблем. Понимания того, что ему и впрямь сейчас нелегко. 

 

Что в ответ? Да как обычно бывает — «дерьмо случается». 31 декабря 2002 года, в 21-00 в нашей квартире раздался звонок. Мы с другом и Юлей, как оно и должно быть, готовились к новогоднему празднику. Ну там приятные хлопоты. Андрюша еще живой, утку жарит. Юля пирог делает... Зазвонил телефон. Поднимаю трубку. Мама Попкова, кажется, немного навеселе: « Роман, я хочу, чтобы ты приехал. Я хочу подарить тебе два ящика шампанского, поскольку еще в прошлый Новый Год я поклялась, что подарю два ящика шампанского тому человеку, который избавит моего сына от этой девушки». Последнее словцо я слегка изменил — ну там убрал ненормативную лексику, грязные ругательства. Бывает. Это на её совести. Я вежливо отказался, на что мама Попкова добавила:"знай, я теперь тоже член партии, и как член партии заявляю, что все материалы, которые я собирала на тебя 2 года, будут переданы губернатору и ещё... куда следует. Я тебя предупреждаю заранееистеньким ты не останешься." И положила трубку. Через пару месяцев один из сотрудников аппарата Губернатора в кулуарах долго смеялся: « ну что же ты Рома, такую барыню обидел, ты у сына такой важной дамы девушку увёл, идиот, она же секретарь облизбиркома! Она тебя с земли сживёт!». Во как бывает. Ситуация комична до коликов. Достойна классиков русской литературы. Можно подумать, что работать в обладминистрации Брянска, хлебая скорбную участь бедного российского бюджетника — есть моя сокровенная мечта. С тех пор, за последние два года, меня официально приглашали туда работать уже трижды. Спасибо, не надо. Впрочем, как и находиться в одной политической партии с Попковым и его волевой мамой. Мы не «кшатрии». Нам туда боле не надобно. 

 

Что же касается акций Брянских нацболов, то Попков-таки умудрился провести одну: митинг, посвященный борьбе с одеколоном «Троя»- любимым напитком Брянских бомжей и самого Попкова. Умудрившись всё отделение превратить в заложники хорошо спланированного идиотизма, Попков учудил акцию против одеколона «Троя», в результате которой 5 флаконов перед телекамерами было разбито, а 6 — выпито. Последнее, знамо дело, не показали, но журналистская общественность города на эту тему обоссывалась со смеху несколько недель. Пытаясь выяснить всё же, кто оплатил издержки: родственный Губернатору «Брянскспиртпром», или парфюмерный концерн, выпускающий любимый напиток городских бомжей и Попкова? Я за живот целый вечер держался, ибо, как и абсолютное большинство нормальных жителей Брянска и представить себе не мог, что этот одеколон можно ещё и пить. Так что по логике выходит, что платили мафиози, поставляющие одеколон в ларьки. 

 

После акции Попков бежал в Москву. Местные нацболы, словно заложники глупой ситуации, наверняка помнят, как в их адрес реагировали с тех пор и сами журналисты города, и добропорядочные граждане. По сути, попковский алкоголизм разрушил и без того слабые плоды деятельности нескольких поколений нацболов. Не осталось ни имиджа, ни друзей среди журналистов, ни симпатизантов на телевидении. Попков просрал всё, хотя, похоже, это в первую очередь и входило в его планы.

 

Что, собственно, случилось потом? Попков по сути стал одним из лидеров НБП. Лицо партии. Его мы теперь лицезреем еженедельно в наручниках с шизоидной улыбочкой маньяка в программе «Криминал», либо заикающимся на интервью об акциях «прямого действия». Сегодня он снова замауляйтера. Снова собирает анкеты. Теперь зам московского гауляйтера НБП Бахура. Символ НБП на телеэкране — очень страшный, кривой, носатый психопатичный придурок, у которого съехала крыша на «кшатриях» и «валькириях». Удачная карьера? Наверняка заметит любой, покручивая пальцем у виска. Только какое всё это имеет отношение к левому движению? К революции? К проблемам России? Подобное «лицо» партии — это проблемы партии. По этому лицу судят о партии в регионах. И у меня лично нет никаких сомнений, что данный человечек, «очень русский» нацмен, готовит себя в её верховные лидеры, каждый день находя несчастных, которым можно отдавать приказы, курочить жизнь, отправлять на гарантированную подставу. Если кто-то считает, что он — этот самый Попков — благополучно зарекомендовал себя в ходе одной-двух акций, то я таки отвечу, ребятки дорогие, он, заикастый, ещё вами покомандует. Подёргает своей дрожащей челюстью, помашет корявым пальчиком. И отправит вас в тюрьму, если только будет опасность, что вы перейдете ему дорогу к трону. Склонность к кабинетным интригам, лесть и пресмыкательство — приходят по наследству и приобретаются. «Слушаюсь и повинуюсь, герр фюрер»... Кто сегодня слушает эти слова? Бахур? Тишин? Лимонов? Кому сегодня бедолага-Попков самозабвенно лижет жопу? Через кого мечтает переступить? 

 

Однако, и это не конец. Весной 2004 года в окна УФСБ по Брянской области влетело несколько бутылок с краской. Спецслужбы начали, кажется, серьезно шерстить в поисках заказчиков и исполнителей. У меня дома побывали оперативники, был допрос в ФСБ, собственно, я не отметил никаких нарушений либо репрессий в свой адресо крайне любопытны мелочи. В ходе допроса мне показали листок с фамилиями и всеми данными на 9 активистов Брянского отделения. Под первым номером шел Попков. Однако позднее нигде в партийных источниках не просачивалась информация о том, допрашивали ли в связи с данным инцидентом самого Попкова. Я понимаю — не допрашивали. Даже после умышленных звонков на мой мобильный телефон с «благодарностями» в мой адрес за совершенное якобы мной преступление, ни с того ни с сего позвонившего Ромочку Попкова Брянские «рыцари плаща и кинжала» допросить «забыли». Так откуда в УФСБ по Брянской области оказались данные на организацию? Там были сплошь новенькие, которых принимали в течении последних года-двух. Кто их-то сдал? Фамилии, адреса, учебные заведения, номера документов... Кто собирал анкеты? 

 

Так что для меня все вопросы решены и точки расставлены. Двойной агент или обычный психопат? Сейчас это совсем не важно. Это не имеет серьезного значения, как не имеет серьезного значения в общественно-политической жизни России и сама НБП. Когда автономно от неё, или на её обломках будет создана первая Боевая Организация, без кефира и кетчупа, без яиц и петард, вряд ли там найдется место таким как Попков. А для цирковых представлений, для «оргработы», сбора анкет с фотографиями для нужд ФСБ, для интриг и холуйства — и такие сойдут. Так что если минует психбольницу — он не потеряется. Будьте уверены, нацболы. Он ещё всеми вами покомандует. 

 

 

 

————————————————————————————————————————

...Вот они вдвоем и сейчас у меня перед глазами, с крепкого Брянского морозу пришедши стоят в прихожке: жена первого лидера Брянского отделения Оля Архипова, и не понятно каким образом нарисовавшийся из кромешного Ада, крючконогий кащей Рома Попков. Тогда, зимой 1999 или 2000 года, привела она его в нашу организацию, даже и не догадываясь, кто кем станет через каких-то четыре года? Короткий промежуток. И вот он, 2004-й. День инаугурации Президента Путина. Далеко физически не крепкая Оля, рядовая нацболка, волею судеб оказавшаяся в Москве на антипрезидентской акции, зверски избитая охранниками Большого Театра, прямо из отделения милиции с почечным приступом на скорой отправляется в реанимацию. А подставивший её, спровоцировавший «на слабо», «на героический поступок», идейный р-революционер Рома Попков — в стороночке, с журналистами. Большими патриотами России, Лошаками и Шустерами. 

Как же, зам гауляйтера Московского отделения НБП! Не хухры-мухры. Такому рисковать никак нельзя. С прессой пообщаться надобно. А кто ж ещё общаться будет? Непорядок. Скалит свои гнилые зубки. Вот если б стоял там рядом Олин папа, морской офицер Северного флота, поднял ли бы ты, Рома, и на него свою ручонку с железным прутом, как на Юлиного папу? Вряд ли, ибо там твоя глупая жизнь и закончилась бы. Габариты не те. Не дотянулся б, обдристав перед кончиной ступеньки Большого Театра. Того самого, где Олю изувечили, пока ты к интервью готовился, язык разминал...

 

 

 

————————————————————————————————————————

Итоги.

На сегодняшний день в политическом пространстве Брянской области полностью отсутствуют молодежные группировки некогда разной степени влиятельности партий: РНЕ, НБП, СКМ. Все три организации рассеяны, дискредитированы и пущены по миру — влачат жалкое существование на политических задворках и прокуренных кухнях. Численный состав — не более 10 человек в каждой. У них нет ни депутатов, ни финансовой поддержки, ни позитивного информационного поля. Они практически не проводят акций и заявляют о своем существовании исключительно при помощи заборной живописи и чудаковатых листовок. Молодежные партии Брянской области не в состоянии принимать самостоятельное участие в политической борьбе за мандаты депутатов любых уровней. В дальнейшем подобные организации могут лишь использоваться более крупными политическими структурами в собственных целях — за скромные гонорары, либо заманчивые предложения. Политическое будущее этих организаций на территории Брянской области равно нулю.

 

Потрудился наш «герой», надо сказать, на славу. 

 

 

————————————————————————————————————————

 

————————————————————————————————————————

 

Немного в сторону. Взгляд снаружи.

Куда Попков (или «Попковы») ведут 

Национал-Большевистскую Партию.

Абсолютно искренне уважая ваши политические и религиозные убеждения, и ваше право иметь таковые, я всё же ещё раз хочу отметить, что не борюсь ни за влияние на вас, ни за власть над вами и вашей свободой. Человек я незаинтересованный, мало того — уже на протяжении двух лет — посторонний. Я и раньше-то не разделял левой составляющей «партийной идеологии» НБП, тем более, не разделяю сейчас этого левацкого кликушества «прольготы» да про бабушек, обиженных злыднем Путиным. Бабушки эти уже много кого из моих сверстников пережили. Все же классические леваки рано или поздно приходят к одному и тому же — к необходимости взять где-нибудь за границей денег, половину из них украсть либо тут же пропить, а на другую половину — развязать в собственном доме гражданскую войну. И не нужно втирать народу «о высоких идеалах» — народ не дурак. Оставьте это для потенциальных спонсоров, а также Лошаков, Буковских, Каспарова и Боннэр. Они вас поддержат, как и положено. Мне в их дурно пахнущей аудитории находиться незачем. 

 

Само собой разумеется, я не посылал вас в тюрьму, и тем более, не читаю вам сейчас «политику партии», не агитирую идти напролом, на милицейские цепи против «антинародного режиму», чтоб самому стоять сзади и красиво кривляться в телекамеру. Я НЕ с вами не потому, что мне всё в нашей стране нравится. Просто я не верю Попковым. Как не верю Швондерам, Шариковым и прочим «самым русским» нацменам. Негоже доверять свою жизнь проходимцам и психам. Этим Родину не спасёшь. 

 

Сам я уже давно далек от НБП и её проблем, в том числе нынешних. Ничего меня с ней не связывает, кроме нескольких безумно романтичных лет молодости. Никаких обид на партию и на ребят нет и быть не может. Я был членом ЦК — фактически, на вершине партийной иерархии. Выше членов ЦК — только Председатель Лимонов. О статусе цлена ЦК мечтает любой нацбол. Но я для себя решил, что жизнь слишком коротка, чтобы слепо «уверовать» в первого встречного. Тем более, если это беспрерывно рвущиеся к власти «Попковы». 

 

Чудовищно жаль, что люди, подобные этому более чем странному субъекту, вместе с их высокопоставленными мамами не то что в организации состоят — упорно лезут в руководство. 

 

Я повидал партий на своем веку, вступив в одну лишь НБП( ну не считая комсомольские 1987-1989 годы). И повидав многие их изнутри в силу профессиональных обязанностей, замечу, что, мне лично «Единая Россия» многим не нравится. Но позитив всё же имеется — В ЕР таких истеричных дуриков как Попков ликвидируют прямо на входе. Внутри нынешней «партии власти» к «прихожанам» относятся гораздо внимательней, требовательней. И не смотрите, что там несколько сот тысяч. Клиентов психбольниц туда не записывают. 

 

С восьми лет препарирую партии пинцетом, и, честно говоря, имеется одна значительная особенность процесса — очень сильно воняет. Для меня нет однозначно белых и черных — просто вижу, как упорно люди с разными возможностями, способностями и социальным статусом борятся за власть, и всем остальным, что с властью накрепко связано. Включая воспетую классиком Лимоновым сексуальную комфортность, успех и благополучиеамечу, что всем хочется всегда одного и того же. Что Единой России, что ЛДПР, что юным революционерам и пещерным монстрам КПРФ. Только психи хотят в Вальгаллу. Хотя и психи чаще всего прикидываются. Гапона, который героически и пафосно водил народ массами на царские штыки и бессмысленную смерть, однажды всё же разоблачили и повесили. За предательство. Знамо кто. Настоящие революционеры. 

 

Что же касается мнения стороннего наблюдателя... Что-ж, наверно имею право высказаться и я. Все же несколько лет посвятил всему этому, многих из вас знал и искренне к вам относился. Мне чертовски жаль, что НБП за последние годы стараниями неизвестного мне числа (всё ж надеюсь, крайне незначительного) ограниченных хамов и психов шаг за шагом скатывается из политической в религиозную организацию. Сектантскую тоталитарную группу. В бессмысленную пропасть, поскольку реальный результат всех этих самоистязаний, хлыстовства, массового героизма — нулевой. Либо абсолютно ничтожен, хотя по прежнему кому-то выгоден. И никому этот страшный маршрут уже не остановить, не воспротивиться ему. Нет, «рулит» уже давно не Лимонов! Партия — их рулевой. Хотя «рулевой» гуру НБП, Роман Эльдусович Хусаенов, конечно, сзади. Кривляется в камеру.

 

Итак, в какую сторону движет партию пресмыкающееся «Попков», господа нацболы?

 

 

 

————————————————————————————————————————

Энциклопедическая справка:

Тоталитарная секта — это авторитарная организация, главный смысл существования которой — власть и деньги для лидера и его приближенных. Главными признаками тоталитарной секты является гуруизм (абсолютная власть гуру — обожествленных лидеров), а также использование особых психологических методик по реформированию мышления и контролированию сознания членов секты. К таким методикам, согласно выводам исследователей, в частности, относятся: 

 

- внушение абсолютно негативной оценки прошлой жизни; 

- обрыв информационных связей с внешним миром; 

- интенсивная и постоянная индоктринация (обязательное штудирование печатных пособий секты или, когда это невозможно, просмотр и непрерывное прослушивание проповедей в записи; 

- формирование черно-белой («друзья-враги») парадигмы мышления; 

- контроль языка через введение нового словаря и/или изменение значения общеупотребительных слов; 

- контроль межполового общения; 

- внушение чувства вины перед сектой и боязни выхода из нее. 

 

 

 

————————————————————————————————————————

Что же касается продуктовых расстрелов высших лиц государства, то, господин Попков, не нужно сказок: «своих» все кому положено по должности, знают в лицо. И хватит врать голодным детям: вы их не рожаете, чтоб, своей карьеры ради, их как мясо швырять на ОМОН. Вас «посодют» не за революцию — а как мелкого жулика. Как Марию Дэви Христос. И «Машей» назовут обязательно.

Как говорят у нас в Одессе, «за всё уплочено». Сколько? Спросите у Попкова. Держали ли его тоненькие ручки хоть что-нибудь тяжелее собственного пениса? Есть ли на них трудовые мозоли, и почему он до сих пор не умер с голода? Жизнь в столице чрезвычайно дорога. Так где он получает зарплату, в Кремле или на Лубянке? Или, быть может, там и там одновременно? 

 

Жаль также, что в регионах СНГ молодые люди жертвуют здоровьем даже и не догадываясь, как далеко они ушли от народа, и как не нужны народу их слепые жертвы. Презирая собственный народ, возвышая самоё себя, словно неких апостолов, можно сколько угодно переливать из пустого в порожнее, говорить тосты под водочку о России. Можно ругать Путина, и при этом боготворить сбежавших клиентов Кащенко. Можно видеть в Лимонове литературного гения, каким восхищаюсь и вижу его я, а можно увидеть — Сёко Асахару, Виссариона, Салмана Радуева. Хотя это совсем не одно и то же. Кто превратил НБП в тоталитарную секту? Уверен, что не Лимонов. Это как с культом личности Сталина. Эпоха была такая. Люди вокруг были такие. Тёмные. Со страхом и трепетом. Или хитрые и подлые, как Попков. «Слушаюсь и повинуюсь, герр фюрер... Милости прошу, герр гауляйтер...» А выходит? Выходит опять по Башлачёву:

 

Абсолютный Вахтер — не Адольф, не Иосиф:

Дюссельдорфский мясник, да Псковской живодёр. 

 

Экзальтация, религиозное безумие, психопатия — то, что видно в сегодняшней НБП глазами стороннего наблюдателя — это чудовищно далеко от интересов России. Хотя очень близко проходимцам от политики. Тем, кто манипулируя совсем еще юным, отчаянным, чистым поколением — без стыда и совести довольно сносно зарабатывает, и между приемами пищи делает себе на чужих страданиях дешевый псевдореволюционный пиар. 

 

 

Р. Коноплёв 

 

 

————————————————————————————————————————

 

————————————————————————————————————————

 

Сочинение Попкова, вернее, 

Хусаенова Романа Эльдусовича

с сайта Брянского отделения НБП 

http://bnb.nm.ru/articles/sekta.htm

СЕКТА. 

Мы — сектанты. Мы долго пытались объяснить себе и другим, что это не так, но против фактов не попрешь. Мы верим в Партию. Каждый полдень мы смотрим на солнце и начинаем молитву нацбола: «Я, воин НБП приветствую новый день…». Многие жители многих русских городов являются в такие моменты свидетелями небывалого. Все наши встречи начинаются и заканчиваются словами «Слава Партии!». Этими же словами сопровождается каждый прием пищи. Все эти ритуалы выработались за годы борьбы и не кажутся нам противоестественными. Это для нас в порядке вещей. 

 

Мы мечтаем уйти из семей и завидуем тем, у кого это получилось. Партия — наша семья, и мы не хотим иметь ничего общего с монстром с заплаканными глазами. Но независимость стоит дорого, и так как большинство из нас студенты (мы ненавидим schooling), то мы вынуждены мириться с таким положением вещей. Мы надеемся, что наше смирение временно. 

 

Для достижения наших целей мы вынуждены работать, как и большинство обывателей с 8 до 16 . Но мы свободные люди, а работа — удел рабов. Мы не хотим работать, мы хотим воевать. 

 

Мерой нашей серьезности и решимости является тюрьма, практически любому, разделяющему нашу веру, суждено пройти через нее. 

 

Партия — источник абсолютного знания и способна дать ответ на все наши вопросы. Если ответа на какой-либо вопрос мы не получаем в процессе общения с партийными соратниками — значит он напечатан в газете «Лимонка». Мы отрицаем практически все существующие идеологии, экономические учения и понятия. Как ни странно, некоторые из нас интересуются различными религиями, вкладывая впрочем их постулаты в русло генеральной линии Партии. 

 

Будучи в Партии, мы вынуждены заниматься самовоспитанием, тренировать свою волю, ковать характер, изживать в себе мирского человека. Сейчас уже стало беспощадно ясно, что победить могут только фанатики, их мы и взращиваем в каждом себе. Партийная деятельность вынуждает нас совершенствоваться интеллектуально и физически. Первое необходимо для общения с неверными (обывателями и журналистами), а второе — для отражения ударов врагов, которых у Партии еще очень много. 

 

Мы хотим невозможного — победить. И кладем все силы во имя нашей победы. Это примерно то же самое, как, несмотря на все законы бытия, стараться стать бессмертным. Победа — это и есть бессмертие для каждого из нас. В очередь за Вечностью согласно номерам партийных билетов. 

 

Во имя Аллаха, милостивого и милосердного, Зиг Хайль!

 

 

 

 

————————————————————————————————————————

Что ещё можно добавить к бреду душевнобольного «гауляйтера»? То, что парень ошибся? Пожалуй, абсолютно объективно стоит добавить, что наш персонаж книг Григория Климова совершил роковую ошибку. Он лизал НЕ ТЕ ЖОПЫ. Ему бы самому в избиркоме работать. У Вешнякова. Или у Фрадкова. Или у Геннадия Хазанова, в эпизодах в конце-концов.

Результат ведь нужен, карьера бля. Должность. А тут ошибочка вышла. Недолёт. Но жизнь долгая, это не так страшно. Успеет ещё. И чья жопа в результате окажется слаще? — Спросите на том у Попкова. А заодно — почему с памятью так плохо, с честностью, почему херово так, граждане революционеры, у вашего нового «лица партии» с головой? Вы к психиатру его водили? Ведь ей-Богу, давно пора.

 

 Роман Коноплев 

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru