АСКЕТИЧЕСКОЕ ЛЕГИОНЕРСТВО

 

Интервью Ю. Эволы с главой "ЖЕЛЕЗНОЙ ГВАРДИИ"

 

Наш автомобиль быстро оставляет за собой забавное зрелище, которое представляет собой центр Бухареста: ансамбль невысоких небоскребов и наисовременнейших зданий, преимущественно "функционального" типа, с витринами и магазинами, оставляющими впечатление некого смешения парижского и американского стилей. Единственным экзотическим элементом являются часто встречающиеся каракулевые шапки на торговых агентах и обывателях. Мы доезжаем до Северной станции и катимся по пыльной провинциальной дороге, которая ведет сначала направо, затем резко сворачивает налево; наконец, выезжаем на сельскую дорогу и останавливаемся перед одиноко стоящим среди полей зданием: это "Зеленый Дом", резиденция главы румынской "Железной гвардии".

"Мы построили его своими руками", - с легкой гордостью говорят сопровождающие нас легионеры. Интеллектуалы и ремесленники объединились для строительства резиденции своего вождя, которое стало для них почти символическим и обрядовым действием. Здание выстроено в румынском стиле: с обеих сторон оно продолжается своего рода портиком, напоминая монастырь.

Мы входим и поднимаемся на первый этаж. Навстречу нам выходит высокий, стройный молодой человек спортивной осанки с открытым лицом, которое оставляет впечатление благородства, силы и верности. Это и есть Корнелиу Кодряну, вождь Железной Гвардии. Он представляет собой особый римско-арийский тип: кажется выходцем из древнего арийско-италийского мира. В его серо-голубых глазах светятся твердость и хладнокровие, свойственные вождям, и, одновременно, от всего его облика исходит сияние идеализма, внутреннего мира, силы, человеческого понимания. Даже стиль его беседы характерен: прежде чем ответить, он углубляется в себя, отстраняется, затем, внезапно, начинает говорить, выражая свои мысли с почти геометрической точностью в четких и органичных фразах.

"После этой бесконечной фаланги журналистов всех мастей и национальностей, - говорит Кодряну, - я впервые, к своему удовольствию, вижу журналиста, которого волнует, прежде всего, душа, духовное ядро моего движения. Я нашел подходящее выражение дабы удовлетворить этих журналистов и сказать им чуть больше, чем ничего, а именно, показать созидательный национализм".

"Составляющими человека являются организм, то есть организованная форма, затем жизненные силы и, далее, душа. Можно сказать то же самое и относительно народа. Поэтому национальное строение государства, хотя естественно и воспроизводит все три элемента, подчинено, прежде всего, движениям одного из этих элементов (в зависимости от различного опыта и наследственности)".

"На мой взгляд, в фашистском движении преобладает элемент государства, соответствующий организованной форме. В этом сказывается формирующая мощь древнего Рима, владыки права и политической организации, прямыми наследниками которого стали итальянцы. В национал-социализме же на первый план вынесено то, что связано с жизненными силами: раса, инстинкт расы, национально-этническая составляющая. В румынском движении легионеров ударение ставится прежде всего на то, что в организме соответствует душе: на духовной и религиозной стороне".

"Отсюда вытекает характеристика различных национальных движений, хотя, в конечном счете, они должны охватывать все три элемента, не пренебрегая ни одним из них. Особый характер нашего движения обусловлен нашей древней наследственностью. Еще Геродот называл наших предков "бессмертными даками". Они еще до принятия христианства верили в бессмертие и нетленность души, что свидетельствует об их стремление к духовности. Римская колонизация добавила к этому элементу римский дух организации и формы. Все последующие века разложили и сделали ничтожным наш народ, но также как в больной и загнанной лошади можно распознать чистую породу, так и в румынском народе можно обнаружить скрытые элементы этого двойного наследия".

"Эту наследственность, - продолжает Кодряну, - стремится пробудить легионерское движение. Оно исходит из духа: оно желает создать духовно нового человека. Если эта задача будет реализована как "движение", пробудится и вторая наследственность, то есть римская формообразующая политическая сила. Следовательно, душа и религия являются для нас отправной точкой, а "созидательный национализм" - это наша цель, то есть простое следствие. Одновременно аскетическая и героическая этика "Железной гвардии" состоит в воссоединение обоих этих элементов".

Мы спрашиваем Кодряну, насколько его движение духовно связано с православной религией.

Он отвечает: "В целом мы стремимся оживить в форме национального сознания и живого переживания то, что в религии слишком часто оказывается мумифицированным и стало традиционализмом сонливого духовенства. Мы оказались в благоприятных условиях, поскольку нашей национальной религии чужд дуализм между верой и политикой, и она способна обеспечить нам этические и духовные элементы, необходимые для построения нашего движения. Именно из нашей религии Железная Гвардия черпает свою основополагающую идею - вселенскую идею. Это путь положительного преодоления, как интернационализма, так и всякого абстрактного рационалистического универсализма. Вселенская идея это идея общества, понимаемого как жизненное единство, живой организм, как совместная жизнь не только с нашим народом, но и с Богом и нашими мертвыми. Осуществление подобной идеи в виде действенного опыта есть средоточие нашего движения; политика, партия, культура и прочее для нас являются лишь следствиями и ответвлениями. Мы должны воскресить эту центральную реальность и тем самым обновить румына, что позволит в дальнейшем возродить также нацию и государство. Особым моментом является то, что для нас присутствие умерших во вселенской нации это не абстракция, а реальность; наши мертвые это, прежде всего, наши герои. Мы не можем отделять себя от них, они как силы, освободившиеся от человеческой обусловленности, пронизывают и поддерживают нашу высшую жизнь.

Легионеры периодически собираются небольшими группами, которые называются "гнезда". Эти собрания сопровождаются особыми обрядами. Любое собрание начинается с обращения ко всем нашим павшим товарищам, на которое собравшиеся отвечают "Здесь". Но это для нас не простая церемония или аллегория, но реальное обращение к духам наших предков.

"Мы различаем индивида, нацию и трансцендентную духовность, - продолжает Кодряну. - И в героической самоотверженности видим то, что ведет от одного к другому, вплоть до высшего единства. Мы отрицаем все формы принципа грубой материальной выгоды: не только на уровне отдельного человека, но и на уровне нации. По ту сторону нации мы признаем вечные и неизменные принципы, во имя которых надо быть готовым сражаться и умирать. Так, например, истина и честь являются метафизическими принципами, которые мы ставим выше даже самой нации".

Нам известно, что аскетизм Железной Гвардии является не просто отвлеченным, но вполне конкретным и регулярно практикуемым. Например, соблюдается пост: три дня в неделю около 800 000 человек держат так называемый "черный пост", то есть воздерживаются от всякой пищи, спиртного и табака. Молитва также составляет существенную часть движения. Более того, для отборного передового корпуса, носящего имена двух легионерских вождей, погибших в Испании - Моза и Марин, - действует правило целибата. Мы просим Кодряну пояснить нам смысл подобных ограничений. Он на мгновении сосредотачивается и потом говорит: "Существует два аспекта, для прояснения которых необходимо принять во внимание дуализм человека, который состоит из природного материалистического элемента и духовного. Когда первый преобладает над вторым это "ад". Всякое же их равновесие временно и случайно. Только полное господство духа над телом является нормальным условием и предпосылкой всякой подлинной силы, истинного героизма. Мы постимся поскольку это способствует соблюдению подобного условия, ослабляет телесные узы, благоприятствует самоосвобождению и самоутверждению чистой воли. Когда же к этому добавляется молитва, мы просим высшие силы присоединиться к нам и незримо поддерживать нас. Это ведет ко второму аспекту: заблуждение думать, что в сражении решающими являются лишь материальные и чисто человеческие силы; напротив, в битве участвуют и незримые духовные силы, по крайней мере, столь же действенные, как и первые. Мы осознаем позитивность и значение подобных сил. Поэтому мы и придаем легионерскому движению четко аскетический характер. В древних рыцарских орденах также соблюдался принцип целомудрия. Подчеркну, однако, что у нас, он распространяется только на Штурмовой Отряд, что вызвано и чисто практическими соображениями, ведь тому, кто полностью посвящает себя борьбе и не должен бояться смерти, лучше не иметь семейных обязательств. Наконец, в этом отряде состоят только до тридцати лет. Но в любом случае приложение принципа остается неизменным: с одной стороны существуют те, кто не знает ничего, кроме "жизни" и стремится к благополучию, процветанию, богатству, роскоши; с другой, те, кто чает более, чем жизни, славы и победы в борьбе - как внешней, так и внутренней. Железная Гвардия принадлежит к этому второму отряду. И их воинский аскетизм довершается последним правилом: обетом бедности, которого придерживается вся элита движения. Ей предписывается отказ от роскоши, пустого времяпровождения, от так называемых светских развлечений, т.е. она призвана к подлинному преображению жизни".

 

Перевод с итальянского В. В. Ванюшкиной

(первая публикация в Il Regime Fascita, 22.3.1938)

 

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru