ИЗ ИСТОРИИ РАННЕГО НАЦИОНАЛ-БОЛЬШЕВИЗМА

Нацболы. 1918

1918 год - "Германская коммунистическая рабочая партия" (Гамбургская, 2я) - Генрих Лауфенберг и Фриц Вольфгейм призывали к "национальной защите Германии революционными средствами против империалистических стран Запада". Патрон тогдашнего немецкого коммунизма Радек обвинил гамбургских коммунистов в "национал-большевизме". Летом 1920 г. термином уже пользуется Ленин в своей брошюре "Детская болезнь левизны в коммунизме".

Однако всего лишь три года спустя 20 июня 1923 г. тот же Радек на заседании расширенного пленума ИККИ выступил с сенсационной речью, предложив немецким нацистам сотрудничество. Она была посвящена нацисту Лео Шлагетеру (расстрелян французами в Рейнской области за теракты). Речь Радека произвела сенсацию в Германии. Главный коммунистический печатный орган "Роте Фане" предоставил место графу фон Ревентлов - лидеру немецкого национализма и некоторым другим нацистам. Коммунисты выступали на собраниях нацистов и наоборот. 13 июля Радек дал пояснения, сказав, что это вопрос трезвого политического расчета. Но "люди, которые могут погибнуть за фашизм", ему "гораздо симпатичнее людей, которые борются за свои кресла".

Сын Бориса Савинкова

Сын террориста Бориса Савинкова был нацболом. В 1933 г. в Париже, группа молодых русских эмигрантов-интеллектуалов объединилась в Союз Российских национал-большевиков (СРНБ). Печатным органом этой чрезвычайно активной и мобильной группы стал журнал под названием - "Завтра". В №1 этого журнала, вышедшего в Париже поздней осенью 1933 г. и была опубликована статья "О революции". Льва Борисовича Савинкова, сына знаменитого эсера-максималиста, террориста Бориса Савинкова. "О революции" - своего рода политическая программа нацболов тридцатых годов. Сейчас имена этих молодых людей незаслуженно забыты отечественной историографией. Среди них назовем имена Вал. Андреева - сына известного русского писателя Л. Андреева, А. Ярмидзе, И. Ильинскую, бросивших вызов эмигрантской политической элите, их идеи удивительно созвучны нашему времени. "Старые политические партии доживают последние дни. На великом экзамене российской истории они провалились, а история не дает переэкзаменовок", - писали в журнале "Завтра" в 1934 г. Имелись в виду записные кумиры российских демократов вроде Керенского, Милюкова, Кусковой, Церетели. Заменим эти фамилии на Жириновского, Гайдара, Черномырдина, Явлинского и увидим - это о наших сегодняшних днях. "Не коммунистам справляться с лежащими перед Россией мировыми задачами". Они стали тормозом революции, они мешают ее духовно-национальному просветлению, ведут Россию в тупик вульгарного материализма". И это - как будто про г-на Зюганова с его бессильно-покорным думским стадом. И еще: "Коммунисты, захватив первенство миражем величия силы духа и воли, мессианством освободительных идей и грандиозностью планов миростроительства стали падать с этих высот в трусливую тиранию слабости и подлости"". Написано в 1934 г., но это про вас и вашу компанию, слышите, г-н Зюганов?

Они выпустили всего семь номеров журнала "Завтра". Во Франции их считали агентами ОГПУ, в СССР - "контрреволюционерами". "Лишнее подтверждение правильности нашего курса, - писал Л. Савинков, - Обоим не по вкусу". "Мы называем себя национал-большевиками: это Россия, пробужденная Революцией, ищущая осуществления своей правды. Наша идея - идея России завтрашнего дня".

Вихрь Истории, вызванный Второй мировой войной, разметал маленькую группу: кто-то ушел в "маки", кто-то оказался в Америке, кто-то сгинул без следа... Но осталось их слово, их завещание, которое должно быть услышано нами, национал-большевиками 90-х годов: "Настанет день, и правительство паразитов и саботажников величайшей в мире Национальной революции будет Историей вышвырнуто вон". Мы готовы помочь Истории.

Красные и коричневые в межвоенной Германии

Коммунистическая и фашистская партии Германии были сильнейшими в Европе и их взаимоотношения носили противоречивый и драматический характер, но отнюдь не всегда БЫЛИ враждебными, как на протяжении многих лет пытались рас уверить официозные историки. Начало взаимодействия коммунистов и правых националистов можно отнести к 1918 году, когда гамбургская организация компартии Лаутенберга-Вольфгейма выдвинула лозунг борьбы с Антантой в союзе с националистами. В 1920 году баварская организация КПГ во главе с Отто Томасом тоже сотрудничала с националистическим добровольческим корпусом "Оберланд", в т.ч. в ходе боев в Верхней Силезии в боях с польскими националистами. Впоследствии значительная часть руководства "Оберланда" перешла в Компартию Германии.

В 1923 году Компартия провозгласила так называемый "курс Шлагеттера", названный в честь расстрелянного французскими войсками Шлагеттера - немецкого националиста, участника диверсий против французских властей. Тогда известный деятель Коминтерна Радек на расширенном заседании Исполкома Коминтерна произнес достаточно пламенную речь памяти Шлагеттера. В ней говорилось, что, если националисты не поймут необходимость сотрудничества с коммунистами и Советской Россией против Антанты, значит Шлагеттер погиб зря. Выступление было поддержано Кларой Цеткин и рядом других видных коммунистов. После этого прошли ряд консультаций и встреч активистов НСДАП и КПГ. Стали выходить совместные издания и под названиями типа: "Свастика и советская звезда - боевой путь коммунистов и фашистов".

Впоследствии "курс Шлагеттера был сорван по двум Причинам. Во-первых, антисемитски настроенные руководители НСДА очень плохо совмещались с еврейской гуманитарной интеллигенцией, тогда доминировавшей в руководстве Компартии Германии (Фишер, Маслов и прочие). Сыграли свою роль также изменения в курсе Коминтерна, связанные с внутренней борьбой ВКПб. Позиции обвиненного в троцкизме Радека временно ослабли, и, соответственно, усилились позиции ярого противника любого взаимодействия с националистами Зиновьева.

Однако, вскоре ситуация снова изменилась. Зиновьева и Каменева отстранили от руководства советской компартии. Из руководства германской Компартии была вычищена космополитически настроенная еврейская гуманитарная интеллигенция (онемечившиеся евреи, выступающие за сотрудничество с немецкими националистами, свои позиции сохранили).

В 1930 году был провозглашен так называемый курс Шерингера, названный в честь лейтенанта Рихарда Шерингера, который вместе с двумя офицерами был в тридцатом году арестован за фашистскую пропаганду в армии.За их освобождение одновременно боролись и коммунисты, и нацисты, и ряд других близких к ним организаций. Шерингер бил освобожден, впоследствии перешел в Компартию Германии, участвовал в подполье, успешно пережил гитлеровский режим, после войны жил в ФРГ, оставаясь членом германской компартии. 24 августа 1930 года КП приняла программу "Национального и социального освобождения немецкого народа", где краеугольными камнями стали отказ от национализации мелких и средних предприятий и борьба с Версальским договором: После этого сотрудничество между НСДАП и КПГ приняло практический характер (совместные действия на референдуме за смещение социал-демократического правительства Пруссии или всеобщую забастовку транспортников в Берлине, приведшую к отставке правительства Брюннинга). К 1932 году сложилась весьма впечатляющая коалиция из коммунистов, национал-большевиков и т.н. "Черного фронта" Отто Штрассера, объединявшего левонацистские группы, отколовшиеся от НСДАП. В самой гитлеровской партии усилились позиции левого крыла, возглавляемого братом Отто Штрассера Грегором. В случае последовательного продвижения "курса Шерингера" штрассеровское крыло НСДАП при организационно-финансовой поддержке КПГ и Коминтерна имело был бы реальный шанс разгромить опиравшуюся на немецкие монополии группу Гитлера-Геринга. К власти в Германии могло бы прийти "красно-коричневое" пророссийски настроенное правительство. Вряд ли стоит объяснять, какую выгоду это принесло бы Советскому Союзу.

Но история не знает сослагательного наклонения. В начале 30-х годов Сталин взял курс на заигрывание с Францией и США; по указанию Коминтерна КПГ резко сократила антиверсальскую пропаганду. "Шерингер курс" был свернут. Первой жертвой сворачивания курса оказалось левое крыло НСДАП, которое, не имея возможности получать деньги через компартию из Коминтерна, оказалось на мели, потерпело поражение от правых во внутрипартийной борьбе и было окончательно добито уже после прихода Гитлера к власти. Аналогичная судьба постигла КПГ, "Черный фронт" и национал-большевиков. А 22 июня 1941 года. позабыв заветы Бисмарка, одуревший от успехов Гитлер подталкиваемый германскими монополиями (на которых в свою очередь давили англо-американские коллеги) начал самоубийственный поход на Восток.

Рейтинг@Mail.ru