[На главную страницу НБ-Портала] [О проекте] [НБ-идеология] [Фотоархив] [НБ-Арт] [Музыка]


АВТОРСКИЙ ПОРТРЕТ: ЮЛИУС ЭВОЛА

    В современной Италии намечается появление культуры правых (Cultura di destra), и, вероятно, поэтому будет уместным обратить взгляд на личность и биографию того, кто на протяжении долгих лет считался «закулисным наставником» итальянского консерватизма: Юлиуса Эволы. Как автор  Эвола оставался одиночкой, изолированным от академического мира и тех кругов, которые в Италии по старой традиции занимаются «культурой». Но все же на его учении, с  другой стороны, выросло целое поколение молодых правых интеллектуалов.

    Родившийся в 1898 году в Риме, Эвола молодым принимал участие в первой мировой войне, хотя его симпатии уже тогда в большей степени лежали на стороне Германии. В послевоенные годы он  пережил экзистенциальный кризис и занялся поисками самого себя: уже тогда он сделал своим жизненным принципом не накладывать на себя никаких семейных или общественных обязательств и проходить через любой опыт только для того, чтобы оставлять его за собой.

    В 20-е годы Эвола, будучи другом Тристана Цара, играл ведущую роль в среде итальянских дадаистов; некоторые из созданных им в ту пору картин  выставляются до сих пор. Но тот «внутренний стиль, беззвучный и полный холодного огня, стиль Рюйсбрёка или Майстера Экхарта», который он пытался отыскать в абстрактном искусстве, вскоре увлек его на совершенно другие позиции. Между 1922 и 1925 годами  эволавзялся за философию и написал две объемные работы: «Teoria dellindividual absolute» и «Phenomenological dellindividual absolute». В них он, ссылаясь на первоначальные источники идеализма, подвергает критике поверхностную  идеалистическую философию Италии (Гроче и Джентиле). Эвола вновь берет из первоначальных источников притязание идеализма все основывать на «Я» и связывает его с французским персонализмом (Лашелье, Секретан, Ланье) и критикой науки Бутру и Ренувье. На этой основе Эвола развивает «магический идеализм». Ссылаясь на Новалиса, а также на Ницше, Вейнингера и Михельштедтера, Эвола  утверждает абсолютную власть и  самодостаточность «Я». Философия Эволы вызвала интерес у некоторых ученых наподобие Адриано Тилгера, одна работа даже была переведена на немецкий («Die drei Epochen des  Gewiβheitsproblems», «Logus», 1931), но все же академический мир в обще и целом оставался враждебен.   

     «Идущему изнутри абсолютному действию» Эвола посвящает свои дальнейшие исследования, начиная с инициатических техник и оккультных дисциплин. Так возникают «L’uomo come potenza» (1925), «La tradizione ermetica» (1931), «Maschera e volto dello spiritualismo contemporaneo» (1932). Книга  Эволы о буддизме «La dottrina del risveglio» удостоилась признания Палийского общества (Лондон).

    Между тем, Эвола завязал связи с великим мэтром эзотерики Рене Геноном. В прямом контакте с Геноном и основываясь на его учении об изначальной традиции, Эвола пишет «Rivolta contro il mondo  moderno». Эта книга является ключевой работой Эволы, его философией истории, в которой мир традиции с его ценностями священного и вечного противопоставляется миру современности, где царят утилитарный подход и преходящее. Эвола видит источники современного мира в христианском эгалитаризме, буржуазном рационализме и мирской культуре Возрождения. За эпохой последней европейской цивилизации, основанной на Традиции – средневековой и гибеллинской – начинается процесс упадка, вехами которого являются французская и русская революции. Написанная в 1934 году, книга заканчивается обзором положения дел в Европе,  подвергающейся угрозе со стороны американского и советского колоссы.

    Переведенная на немецкий («Восстание против современного мира»), книга вызвала немало интереса. Готфрид Бенн написал в «Литературе», что речь идет о «книге, чья идея вместе с обоснованием отодвигает горизонты почти всех европейских проблем в нечто до сих пор неведомое и незримое. Прочитавший эту книгу по-другому будет смотреть на Европу». В 1930 году кризис сблизил Эволу с теми консервативными кругами, которые считали возможным использовать определенные позитивные аспекты фашизма. Не вступая в фашистскую партию, Эвола установил контакты с теми фашистскими группами, которые пытались устроить «вторую революцию». Этим группам он посвятил свою книгу «Imperialismo pagano», которая под заглавием «Языческий империализм» была переведена на немецкий. В Вене Эвола наладил связи с Отмаром Шпанном и Вальтером Генрихом, в Гамбурге  с Вильгельмом Штапелем и группой вокруг «Deutsche Volkstum», в Берлине с Генрихом фон Гляйхеном, пригласившим его сделать два доклада в «Клубе господ». Эвола сотрудничал также с «Europaeischen Revue» принца Карла Антона фон Рохана. Из этого времени берет начало его интерес к расовому учению, которое у него теряет свои материалистические и коллективистские черты и рассматривается с точки зрения аристократии.

    Конец войны застает Эволу в Вене. Когда город бомбили русские, Эвола был ранен взрывом бомбы, в результате чего у него были парализованы ноги. После трех лет, проведенных  в австрийских клиниках, в 1948 году он возвращается в Рим,  где становится вдохновителем для нового поколения правых интеллектуалов, которые объединяются вокруг «Movimento Sociale Italiano». Для этих молодых людей он написал «Gli uomini e le rovine», книгу, которая за десять лет выдержала три издания и была переведена на французский. Автор этой книги хотел отыскать отправную точку в политической сфере, которая еще сохранялась после катастрофы, постигшей консервативные силы. Эвола противопоставляет «буржуазной идее общества» аристократическую идею «государства» и мечтает об объединенной Европе в духе гибеллинов. Однако политический застой конца 50-х годов привел Эволу к тому, что он занялся индивидуальным разрешением жизненных вопросов. Он обращает свой интерес к тем вопросам индивидуального существования, которые дают возможность невредимым пересечь каменную пустыню современного мира. Так возникает книга «Cavalcare la tigre», берущая свое название от восточного выражения «кто скачет на тигре, не может упасть» и представляющая собой нечто вроде манифеста  «нигилизма справа». Эвола рисует здесь образ обособленного человека, который без ущерба для себя способен жить в чуждом для себя мире   и  в силах  любую разновидность яда превратить в противоядие. То, что «традиционализм» Эволы не имеет ничего общего с поверхностным резонерством, проявляется и в его книге о сексе, которая также переведена на немецкий (Metaphisik des Sexus, Klett Verlag, 1961). В ней Эвола говорит о сексе как о последней возможности открытия вечного и необусловленного и осуждает вырожденческие и коллективистские формы сексуальности.   Юлиус Эвола благодаря силе своей натуры и четкости своих ориентиров все еще остается центральной фигурой для молодых интеллектуалов из числа итальянских правых.

Адриано Ромуальди, перевод Андрея Игнатьева

Criticón, n. 10

 


(На главную страницу) (Стань другом НБ-Портала!) (Обсудить на форуме)

Rambler's Top100